— Доброе утро, — здоровается со мной папа, отодвинув для меня стул и поджав губы. Я замечаю в его глазах волнение, поэтому опускаюсь на свое место, а не срываюсь искать моего Призрака.

Призрак… Это слово как проклятье нависло надо мной и превратило Валериана в того, кем я его всегда считала. Он действительно стал фантомом в моей жизни. Поэтому я выбрасываю это слово из головы и заменяю его тем, которого уже не боюсь. Сталкер. Больше никакого Призрака. Теперь только мой личный преследователь, пробирающийся ко мне в ночи. Именно такого мужчину я хочу. Пусть пугает, продолжает сводить с ума, доводит до безумства и делает из меня грешницу. Все что угодно, лишь бы не покидал меня.

— Доброе, — говорю Максиму и остальным. — Где Валериан?

— В библиотеке, — отвечает Демьян, откидываясь на спинку кресла. Власов выглядит слегка бледным. Вместо того чтобы лежать в постели после ранения, он пытался выполнить обязанности старшего брата. — Я проводил его туда и отнес ему завтрак. Он хотел побыть один, но Рагнар сейчас с ним.

Эти братья совершенно не берегут себя, если переживают друг за друга. У них настолько сильная связь между собой, что она начинает действовать как магнит. Любой, кто оказывается в этой семье, становится звеном одной цепи. Их цепи. И я почему-то уверена, что они не позволят никому выпасть из неё.

— Я пойду к нему. — Поднимаюсь со стула и собираюсь взять тарелку с собой, чашку чая и несколько сырников, но папа опережает меня. Он берет все сам.

— Идем. Я провожу тебя, — говорит, положив все на поднос.

— Спасибо. — Господи, я люблю этого человека. Если бы росла рядом с ним, то не знала бы забот. Он настолько хороший, что это разбивает мне сердце.

— Как ты себя чувствуешь? — Максим ведет меня в библиотеку под руку, словно ребенка.

— Неплохо. Стараюсь держаться.

— Ты сильная девочка, Вивиен, — серьезно произносит он, с нотками горечи в тоне. — Жизнь сделала тебя такой. Поэтому я уверен, что ты справишься с трудностями рядом с Валерианом.

— Справлюсь, — бубню себе под нос, вспоминая свое прошлое. Как осталась без мамы. Как пыталась выжить. Как боролась за свою невинность. Как убила человека. Как старалась противостоять страхам, пусть это и было сложно.

— Я знаю, в твоей жизни были страшные ситуации, из которых тебе приходилось выбираться самой, — внезапно говорит Максим, словно знает, о чем я думаю. — Учиться справляться со страхом, когда он окружает со всех сторон — это подвиг. Но ты справлялась. Меня не было рядом, и я чувствую себя виноватым. Постоянно хочу попросить у тебя прощение за это.

— Ты не обязан. Ты не знал обо мне. — Я не злюсь на него из-за этого и не обижаюсь.

— Все равно прости меня. И будь уверена, что я стану очень безжалостным человеком, если кто-то обидит мою дочь. Я прекрасно управляюсь с ножом и вне кухни. — В его глазах проскальзывает едва заметная злость. Таким я его еще не видела.

— Возьму себе на заметку. — Я выпускаю смешок, немного раздосадованная, но вполне довольная заявлением отца.

Мы подходим к библиотеке, и я впервые стучусь, прежде чем войти. Папа открывает передо мной дверь, и мой взгляд сразу цепляется за Валериана и Рагнара. Мой муж сидит в повязке, которую натянул, как только мы вошли, и держит в руках книгу, а его брат лежит на диване.

— Вы позавтракали? — спрашивает у них Максим, поставив на стол мой чай и тарелку с сырниками.

— Да, — отвечает Рагнар, поднявшись с дивана.

— Ты меня не помнишь, Валериан, но я повар в замке и отец Вивиен.

— Рагнар мне рассказал об этом. Ты Максим, — ровным тоном произносит мой муж, поворачивая голову в сторону папы. По моему позвоночнику ползут мурашки. Я успела отвыкнуть от того, что он ведет себя так, словно видит всех через повязку.

— Да.

— Благодарю за завтрак.

— Всегда пожалуйста. — Максим забирает поднос и выходит из библиотеки, подмигнув мне и вызвав у меня улыбку.

— Ты останешься здесь, Вивиен? — интересуется Рагнар, болезненно размяв шею. Ему сложно двигаться.

— Да. Ты лучше отдохни у себя. Проводить тебя до комнаты? — предлагаю я.

— Нет. Я спущусь к Юс.

Кивнув ему, я дожидаюсь, пока он выйдет, а затем подхожу к столу и сажусь напротив Валериана. Жду, что муж поднимает голову или издаст какой-нибудь звук, но ничего подобного не происходит. В библиотеке воцаряется тяжелая тишина.

— Что читаешь? — спрашиваю у него, решив, что будет лучше начать разговор самой.

— Юриспруденцию, — сухо бросает он в ответ.

— Не хочешь поговорить со мной?

— О чем?

— О нас. — От меня веет такой неуверенностью, что я сама это ощущаю. Ладони слегка потеют от волнения.

— Я тебя не знаю. Это все, что я могу сказать. Мои приступы длятся не больше трех дней. Поэтому будет лучше, если мы не будем контактировать все это время.

— Почему? — Мне становится неприятно после его слов, но я стараюсь не показывать этого.