Последнее, что я увидела перед тем, как потерять сознание, – это лепестки. Тысячи, миллионы голубых лепестков, кружащихся в воздухе и медленно оседающих на каменный пол.
А потом – темнота.
Глава 16. Обыкновенное чудо
Сознание возвращалось медленно, неохотно, словно не желая покидать тёплую и уютную темноту. Я чувствовала, как что-то мягкое и нежное обволакивает моё тело, как тепло разливается от кончиков пальцев до самой макушки, как... Стоп. Тепло? И мягкое?
Медленно открыла глаза.
Первое, что я увидела, – это балдахин. Знакомый такой… Видела его далеко не в первый раз. Тёмно-бордовый, расшитый золотыми нитями, определённо из королевских покоев замка Моргана.
Я провела под ним достаточно ночей, чтобы узнать эти узоры с одного завитка. Но сейчас к ним добавилось кое-что ещё. А именно лёгкое, едва заметное золотистое свечение, которое исходило откуда-то сбоку.
– Ох, Лия! Ты очнулась! – прозвучал высокий и радостный голос Фелисии, причём так громко, что в ушах зазвенело, а я сама поморщилась.
Святая тут же склонилась надо мной, чтобы проверить моё состояние. Её лицо сияло самой искренней и неподдельной радостью. Волосы девушки, всё такие же золотистые и струящиеся, щекотали мою щёку. А её ладони, от которых как раз и исходило то самое целительное свечение, всё ещё сжимали мою руку и передавали исцеляющую магию.
– Я так волновалась! – затараторила она, не давая мне и слова вставить. – Ты не просыпалась почти три дня! Я уж думала, что... Ох, неважно! Главное, что ты жива! Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит? Кружится голова? Может, воды?
– Костя, – прохрипела я, и мой голос прозвучал так, словно я всю ночь пила дешёвый виски и закусывала наждачной бумагой, а потом ещё песком рот полоскала. – Где Костя? С ним всё в порядке?
Фелисия замялась.
Она на какую-то долю секунды отвела глаза в сторону, и этого мне хватило, чтобы сердце рухнуло куда-то в пятки, пробив по пути желудок и пару рёбер.
Нет… Не может этого быть. Внутри всё холодеет, а дышать становится труднее. Он ведь обещал мне… Обещал…
– Доброе утро, принцесса! Хорошо спалось?
Этот голос.
Этот раздражающий до невозможного, до боли знакомый голос раздался откуда-то со стороны окна. Я резко повернула голову, игнорируя простреливающую боль в шее, и увидела его.
Константин стоял у окна, небрежно облокотившись о подоконник. Его левая рука была перебинтована от запястья до локтя, на щеке красовался длинный, но уже заживающий порез, а под глазами залегли тени от усталости. Но он улыбался. Той самой уверенной в себя улыбкой, от которой когда-то таяли все женщины в нашем офисе. Чего уж там? Он которой и у меня самой внутри что-то предательски сжималось.
Жив.
Жив, зараза такая!
– Ты... – выдохнула я, и все заготовленные колкости, все язвительные комментарии о его опозданиях и глупых шутках – всё это испарилось в один миг. – Ты цел?
– Ну, почти, – он поднял перебинтованную руку и демонстративно пошевелил пальцами. – Аларик оказался более настырным, чем я думал. Но нет ничего такого, с чем бы не справился обычный рыцарь.
– Обычный рыцарь? – я скептично приподняла бровь, чувствуя, как с души падает огромный увесистый камень. – Костя, ты в прошлой жизни папку с документами двумя руками носил. А тут одновременно с тремя парнями на мечах сражался.
– Ну, – протянул он, хитро усмехнувшись. – Не совсем так. Виран после того, как отдал все свои силы на барьер, был практически бесполезен. Кэллан сам по себе не особый боец, так как большую часть жизнь провёл в постели и меч разве что в руках держал. А вот Аларик… Вот с ним было трудновато. Но, как я уже говорил, «На войне как на войне». Тем более повод был более чем весомым.
Он посмотрел на меня таким взглядом, что я почувствовала, как щёки начинают предательски краснеть. Пришлось срочно перевести взгляд куда-нибудь в сторону. Например, в окно, рядом с которым он стоял.
И тут я замерла.
За окном был свет.
Не неоновое сияние магических кристаллов, не тусклое мерцание факелов, не вечные сумерки, к которым я уже успела привыкнуть. Нет. За окном лился самый настоящий, естественный, тёплый и золотистый солнечный свет. Тот самый, которого в королевстве Аббарос не видели столетиями.
– Что... – прошептала я, не веря своим глазам и медленно приподнимаясь на кровати. – Что произошло? Откуда... откуда здесь солнце?
Фелисия и Костя переглянулись. Та самая многозначительная пауза, после которой обычно следует что-то грандиозное.
– Лия, – мягко начала Святая, присаживаясь на край моей кровати. – Ты... ты со мной, мы сделали это. Проклятие снято. Полностью.
– Что? У нас получилось? Мы сделали это? – растерянно переспросила я.