— А? — Я моргнула и поняла, что он уже стоит с лампой в руках и обращается ко мне.

— Хочешь, подарю джина? — повторил он вопрос.

— А зачем? — поинтересовалась я растерянно.

— Ну не знаю… Желания загадывать. Правда, только три, и врет он безбожно.

— Не хочу желаний, — отрезала я, вспомнив недавний разговор. — Он мне уже предлагал.

— Тогда бы не сработало. Если бы ты потерла лампу, он бы обрел свободу, а ты бы осталась здесь вместо него. Поэтому я и испугался.

— Ах ты! — возмутилась я, обращаясь к джину. — Ты же сказал, что можешь выполнить желания!

— Могу. — Джин нехотя выполз из лампы, выпустив клуб дыма. — Но не сказал же, что исполню, — флегматично отозвался он.

— И этого ты мне предлагаешь? — Я с отвращением покосилась на лампу. — Нет уж! Я уже придумала себе лавочку, торгующую артефактами. Мне как-то привычнее самой исполнять свои желания, не полагаясь на разных джинов.

— Теперь ты можешь полагаться на меня, — с улыбкой сказал Нико и поцеловал меня. Я правда хотела немного пообижаться, но как можно, если тебя целует такой мужчина? Губы его были теплыми, уверенными, и обида растаяла, не успев родиться.

— Ну вы там обнаглели, что ли? — завопил джин. — Выпускайте давайте меня и делайте, что хотите! Мне тут не нравится!

— А знаешь что? — сказала я, когда, наконец, получилось отдышаться после поцелуя. — Пожалуй, давай мне джина.

— Зачем? — прозвучало одновременно от Нико и из лампы.

— Я буду следить, чтобы он вел себя хорошо. Будем возить на остров туристов и развлекать их джином. Можно квест организовать. Поймай джина в лампу.

— Э-э-э-э… — возмутился Салайх, но мы уже не слышали.

— Тогда я подарю тебе и остров, — уверенно сказал Нико, и я поняла, что даже возразить ему не могу. Оказывается, когда мужчина готов подарить тебе джина и остров — это невероятно круто и приятно. И совсем не хочется ругаться и спорить, и совершенно точно не хочется возвращаться в офис. Потому что, имея свой остров и джина, очень странно сидеть на совещаниях и слушать ругань начальника.

Мы выпустили джина, и он, завывая, унесся по острову. Вдалеке рухнула пальма, в небе сверкнула молния, и на короткий миг поднялся смерч, а потом все затихло. Я повернулась и посмотрела на Нико, точнее, Николоса, озаренная одной мыслью.

— То есть получается… — медленно проговорила я. — Если ты дракон, ты мог унести меня назад сразу же?

— Мог, — согласился он.

— Но соврал.

— Соврал, — не стал спорить мужчина, но смотрел на меня при этом таким влюбленным взглядом, что я не могла сердиться всерьез. В его глазах отражалось небо и, кажется, все мое будущее.

— А зачем?

— Ты была такая хорошенькая и уставшая. Мне не хотелось отпускать тебя работать. Хотелось кормить тебя фруктами и заставлять смеяться.

— У тебя получилось, — призналась я, чувствуя, как тепло разливается в груди.

— Тогда пора возвращаться, — сказал он. — Ты мне обещаешь, что не сбежишь от меня?

— Обещаю, — ответила я с улыбкой.

Мы вышли из пещеры на широкую полосу песчаного пляжа. Солнце стояло в зените, когда Нико шагнул вперед и начал оборачиваться. Это величественно. Его тело вытягивалось, кожа переливалась чешуей, руки превращались в мощные крылья, и через несколько мгновений передо мной стоял огромный бирюзовый дракон — невероятно красивый, с перламутровым отливом на боках и длинным, изящно изогнутым хвостом. Из ноздрей вырывались тонкие струйки дыма, а от тела исходило приятное, живое тепло.

Я замерла, восторженно его разглядывая. Он был совершенен: от выразительной морды с аккуратными рожками до каждой чешуйки на длинном хвосте, который лениво постукивал по песку.

Было страшно залезать ему на спину. Признаться, дух захватывало от одной мысли, что я полечу на настоящем драконе. Но Нико терпеливо ждал, опустив одно крыло почти до земли, как трап. Я сделала глубокий вдох, ухватилась за гребень на его шее и кое-как вскарабкалась наверх, устроившись между двумя мощными костяными наростами, которые служили естественным седлом. Чешуя подо мной оказалась теплой и гладкой, но не скользкой.

— Держись крепче! — раздался у меня в голове его голос. Я обхватила руками гребень, прижалась грудью к шее дракона, и мы взмыли в воздух.

Это было непохоже ни на что в моей жизни. Мощный взмах крыльев, упругий рывок, и земля ушла из-под ног. Песок, пальмы, пещера — все уменьшалось, превращаясь в игрушечный макет. А потом мы выровнялись и повернули в сторону виднеющегося крупного острова.