– Да, конечно, хочется! – подмигивает Дима, и я замолкаю. В душе расцветает от мысли, что я сейчас увижу своего ребенка, а его отец будет рядом, пусть и случайно.

– Ложитесь на кушетку, оголяйте низ живота! – кивает мне женщина, и я, смущаясь, ложусь и поднимаю платье, оставаясь в одних колготках.

Она смазывает холодным гелем мой живот и попутно спрашивает:

– Какой примерный срок?

– Я не знаю… – снова краснею я.

– Что ж, это неважно на самом деле. Сейчас мы узнаем с точностью до дня. На вид месяца четыре, а первое УЗИ необходимо пройти до двенадцати недель. Просто если вы еще не делали скрининг, то мы не сможем выявить несколько болезней…

– Как это… – шепчу я.

– О, не переживайте, все, что можно узнать, мы посмотрим по крови. Давайте сначала определим срок.

Она дотрагивается датчиком до живота, и на экране появляется черно-белая картинка. Мы с Дмитрием открыв рты смотрим туда, но ни я, ни он ничего не понимаем.

Доктор долго водит прибором по моей коже, хмурится и молчит.

– Ну что там? Почему вы молчите? Что-то не так с ребенком? – не выдерживает Дмитрий, а доктор улыбается:

– Нет-нет, все в порядке с ними.

– С ними? – переспрашиваю.

– Да, давно такого не было в моей практике! У вас тройня. Три здоровых малыша. Два мальчика и одна девочка. Срок как раз три месяца, так что я смогла посмотреть на все болезни, включая хромосомные мутации. Все хорошо.

– Но как же… – не могу осознать такую новость. – Целых три? – Поворачиваюсь к Дмитрию и вижу, что тот сам сидит в шоке.

– Именно! Чудесная тройня, надо же! Именно поэтому мне показалось, что живот слишком большой и мы пропустили срок первого скрининга. Можете вставать. Я вам сейчас напишу заключение и список витаминов, которые необходимо будет пропить.

– Хорошо… – заторможенно роняю я, и босс помогает мне подняться. Мне даже уже все равно, что я практически голая перед ним.

– Выносить тройню – это очень нелегко. Уже к семи месяцам будет угроза преждевременных родов, но вы молодая и здоровая, справитесь. А так как у вас такой замечательный отец, он позаботится обо всем остальном!

– Но он не…

– Непременно! – перебивает меня босс, забирая заключение.

Мы выходим из кабинета, и Дмитрий ведет меня к машине. Я послушно следую за ним, пытаясь переварить информацию. Тройня… Как же я сама с ними справлюсь?

– Александра, с этого дня вы освобождаетесь от работы. Не пугайтесь, я вас не увольняю! – серьезно говорит мужчина, когда мы сидим в теплом салоне. – Я обо всем позабочусь, не переживайте. Мы справимся.

Он так говорит, будто знает, что это его дети, но правда в том, что я должна буду вырастить их сама. Будто услышав мои мысли, он добавляет:

– Как только дети появятся, я найму вам няню. Оплачу все расходы, только, Александра… – Он внимательно вглядывается в мои глаза, отчего я буквально таю.

– Что?

– Не делайте аборт. Я понимаю, что трое – это не один. Но только недавно я понял цену возможности иметь детей.

– Да, понимаю, ваша невеста беременна… – зачем-то говорю, и он невесело усмехается:

– Нет, не из-за этого. Пообещайте мне!

– Конечно, я даже не думала ни о чем подобном. Я сама выросла в детдоме и знаю цену жизни. Не представляю, кто меня родил и какие обстоятельства были у той женщины, чтобы меня оставить, но она дала мне жизнь, а это главное.

– Вы очень мудры… – шепчет Дмитрий и заправляет прядь волос за мое ухо.

Дрожь удовольствия пронизывает все тело. Мужчина приближает свое лицо, будто хочет поцеловать, но в последнюю минуту закрывает глаза и отстраняется.

– Ну что, поехали за витаминами?

Незаметно приходит лето. Дмитрий действительно носится со мной, как со своей невестой. Он возит мне продукты, витамины, лекарства. Звонит по нескольку раз на день, чтобы спросить о моем самочувствии. Даже Валентина наведывается ко мне, принося свои фирменные пирожки и свежие сплетни.

Марго, оказывается, не захотела выходить замуж беременной, она отложила это до того момента, когда живота не будет и она сможет надеть шикарное платье от известного кутюрье. Но в разговорах домработницы я все чаще слышу нескрываемое пренебрежение, из чего делаю вывод, что Марго не нравится Валентине.

Кира тоже довольно часто наведывается, все время поучая меня, что я должна признаться Дмитрию, на что я только улыбаюсь. Не стану я портить ему жизнь.

Я же радуюсь тому, что все идет благополучно. И вот когда срок перевалил за семь месяцев, а ходить становится все тяжелее, я считаю каждый день в надежде, что не рожу раньше положенного. Пусть мои малыши еще немного окрепнут.

***

Я так люблю их, моих деток. Они постоянно пинаются и шевелятся, не давая спать даже ночью. Помню свой восторг от первого движения. В тот момент Дима заехал ко мне с фруктами, и я готовила ему чай. Почувствовав легкий пинок под ребра, я вскрикнула, а мужчина тут же оказался рядом.