Мы смотрим друг другу в глаза и словно растворяемся в обоюдном счастье. Неожиданно даже для себя я наклоняюсь и целую Сашу. Глубоко и нежно, не убирая руку с живота, где снова чувствую шевеление, я притягиваю ее к себе как можно ближе и, лаская языком, углубляю поцелуй.

Боже, как давно я этого хотел!

Какая же она сладкая, манящая, нежная. Саша отвечает на мой поцелуй, обхватывая меня за плечи. Внутри все вздымается от желания, и я ловлю себя на мысли, что хочу ее прямо сейчас, забыв про все на свете. Но телефонный звонок спасает нас от необдуманных решений. Проклятье, что я творю?

– Извини, Саша, извини… Я не хотел… – Я нервно провожу рукой по волосам. – Вот черт!

Я срываюсь с места и уношусь в машину, во избежание повторения. Ведь все, чего я сейчас хочу, – это сжать ее в объятиях и сделать своей прямо на этой маленькой кухоньке.

С того момента я стараюсь не подходить к Саше близко, иначе мне снова вскружат голову ее неповторимый аромат, ее обворожительная улыбка, от которой в душе теплеет, и такие красивые черты лица. И как я раньше этого не замечал? Да, она сняла очки, перейдя на линзы, но разве только это помешало мне рассмотреть с самого начала, что она просто невероятная красавица?

Кажется, я все же сразузаметил, но ее поведение, несгибаемая воля запустили во мне дух соперничества. Даже тогда я понимал, что Александра – это самородок, который не упадет к моим ногам просто потому, что у меня есть деньги и власть. Ее можно добиться, только полюбив.

Тем более меня смущает обстоятельство ее беременности. Кто этот счастливчик, мать его?

В один из особенно жарких вечеров, когда я хотел прогуляться с Марго по парку, но она отказалась, сославшись на плохое самочувствие, я, убедившись, что с ней все нормально, собирался почитать и лечь спать, но неожиданно раздался звонок.

– Дим, кажется, я рожаю…

Я не помню, как летел к ней, превышая все скоростные нормы, но, когда я приехал, нашел девушку без сознания на руках какой-то женщины.

– Отойдите, дайте я ее возьму. Как долго она без сознания?

– Не знаю, я нашла ее пять минут назад здесь. Я выходила с магазина и услышала, как какая-то девушка кричит на другую. Хотела идти дальше, но та скандалистка уехала, а эта потеряла сознание. Я вызвала скорую, а вы кто?

– Я отец. Отойдите! – Подхватываю Александру на руки и несу к машине.

– Что ж вы так невнимательно к жене-то, разве можно оставлять ее в положении одну. Еще и накричат всякие…

Не став разбираться, что за девушка кричала, я аккуратно кладу Сашу на переднее сиденье, предварительно опустив его до лежачего положения, и захлопываю дверку.

Боже, хоть бы успеть…

А вдруг что-то не так? Почему она потеряла сознание? Неужели у беременных это нормально?

Выруливаю к клинике и легонько похлопываю по щекам Мышки.

– Саш? – зову ее, и она слабо мычит:

– М-м… Все хорошо…

Слишком слаба, но хоть пришла в сознание. Давлю на газ и слышу, как стон переходит в крик.

– Сашенька, потерпи, моя хорошая, мы скоро будем в больнице. Потерпи…– кричу я ей, чувствуя, как все внутри сжимается от страха за нее.

Как назло, везде пробки, и я уже жалею, что не дождался скорую. Выруливаю на встречную и тут же замечаю ГАИ. Вот черт, только этого мне не хватало. Александра снова стонет, хватая меня за руку, а я торможу, опуская стекло.

– Сержант Кановов, здравствуйте. Нарушаем!

– Сколько? – выдаю я, сжимая руку Александры.

– О, да вы мне взятку предлагаете?

– Сержант, мне некогда, понимаете? – рычу я, желая уехать прямо сейчас.

– И куда же мы так спешим? – усмехается тот, но Саша снова стонет и следом кричит так, что улыбка Кановова сходит с лица.

– Что там у вас? – Он заглядывает в салон и бледнеет: – О боги! Что ж вы сразу не сказали! Езжайте за мной!

Мужчина бежит к патрульной машине и, запрыгивая в нее, включает мигалки. Я выруливаю за ним и понимаю, что все складывается как нельзя лучше. Машины в пробке прижимаются к обочине, пропуская наш кортеж, и мы добираемся до клиники в считаные минуты.

– Удачи! Легких родов! – облегченно выдыхает сержант, видимо радуясь, что не придётся самому принимать роды, а я уже несу Сашу в отделение.

Там нас встречают и, переложив на каталку Мышкину, везут в родильное. Я бегу следом, но медсестра останавливает:

– У вас совместные?

– Да! – киваю, даже не понимая, о чем она говорит. Я знаю только одно: я должен быть рядом с ней.

– Тогда вот вам спеодежда. – Девушка помогает мне надеть накидку, словно сделанную из паутины, такую же шапочку и бахилы. На руки натягивает накрахмаленные перчатки и провожает в родзал.

– Если будет жарко, перчатки можно снять. Но не прикасаться к роженице, нашатырный спирт есть в зале, не переживайте, если плохо станет, вас приведут в чувство.