Я усаживаю сына в детское кресло, а сама ныряю на переднее сиденье и закрываю дверцу.

— Как встреча? — спрашивает он, аккуратно трогая машину с места.

— Нормально, — отвечаю я, стараясь держать голос ровным. Я не хочу углубляться в разговор, особенно после того, что рассказала Ольга. Всё внутри дрожит от тревожных мыслей, и мне хочется лишь одного — как можно быстрее оказаться дома.

Через несколько минут в машине раздается звонок телефона. Водитель бросил короткий взгляд на дисплей, и я замечаю, как его лицо становиться серьёзным. Он принимает вызов, не сбавляя скорости.

— Да, Тимур Эльдарович, — говорит он, слегка понизив голос. Я чувствую, как в груди сжимается.

Отвожу взгляд в окно, делая вид, что не придаю значения его разговору, но слух обостряется.

— Всё нормально, Тимур Эльдарович. Мы как раз сейчас едем обратно, — говорил Сергей, и я замечаю, как его тон становиться более сдержанным. — Да, минут десять назад. Всё спокойно, — он на секунду смотрит в мою сторону, как будто проверяет, не подслушиваю ли я, но продолжает говорить. — Понял, кивает и отключает звонок.

Меня охватывает лёгкое головокружение. Он что, следит за мной по его поручению? Я отвожу взгляд от окна и смотрю на сына, который беззаботно играет с подаренной Ольгой игрушкой.

— Домой сразу или ещё куда-то заедем? — улыбается Семен.

Я смотрю на него, пытаясь понять, знает ли он больше, чем показывает, но не нахожу ничего подозрительного в его лице. Просто профессионал, выполняющий свою работу.

— Домой, — коротко отвечаю я, снова отворачиваясь к окну.

Тимур

Возвращаюсь домой. Уже поздно, день сегодня выдался бесконечным. Город утонул в огнях, но мне сейчас нет дела до всего этого — слишком много мыслей бурлит в голове. Я паркую машину, глушу двигатель и какое-то время просто сижу, прислонившись к подголовнику. Тишина ночи давит на уши, а мысли о сегодняшних разговорах с Телецким и всём этом политическом бардаке не дают покоя.

Наконец, тяжело выдохнув, выхожу из тачки и иду к двери. Открываю замок и захожу внутрь. В доме тихо, только слабый свет из гостиной вырывается в коридор. Снимаю пальто и прохожу в комнату, чувствуя усталость, но одновременно и напряжение. Как только оказываюсь в гостиной, бросаю взгляд на диван, где обычно играет мелкий. Но в этот раз там пусто.

Я уже как-то и привыкать к ним начал. Ангелина наверняка уже уложила его спать, — мелькает в голове.

Прохожу дальше на кухню. На столе — недопитый чай. Значит, Геля ждала меня, но не дождалась. Могу себе представить её усталое лицо, как она закутывается в плед, сидя тут одна. Это почему-то вызывает во мне тихое раздражение.

Из верхнего кухонного шкафчика, достаю бутылку с янтарной жидкостью. Медленно наливаю себе выпить и облокачиваюсь на стол. В голове всё ещё гудит от разговоров о выборах.

Заслышав шаги, поднимаю глаза. В дверях стоит Геля, на ней какая-то нелепая, длинная пижама, волосы растрёпаны. Уставшая, но всё равно красивая. Мы несколько секунд смотрим друг на друга молча, а потом она подходит ближе.

— Вы поздно, — говорит тихо.

— Да, были дела, — отмахиваюсь, стараясь не углубляться в детали. Я вижу, как её глаза чуть сужаются. Она явно хочет что-то спросить, но сдерживается. Снова эта невидимая стена между нами.

— Вы голодны? — наконец, спрашивает она, указывая на холодильник. В её голосе слышится какое-то напряжение.

— Нет, не голоден, — отвечаю резко и тут же ловлю её пристальный взгляд. Чувствую, что сам встаю на грани взрыва, и этого сейчас нельзя допустить.

— Тимур Эльдарович, я бы хотела с вами поговорит, — Геля медленно опускает руки на стол, глядя на меня с тревогой.

— Говори, — отвечаю, сам не понимая, почему так резко. Возможно, это всё накопившаяся злость.

Она молчит, но я вижу, как её лицо каменеет. Это напряжение между нами всё сильнее давит на виски. Кажется, я снова что-то сделал не так, но сил разбираться уже нет. Хочу просто выпить и забыться до утра.

Ангелина медленно тянет руку к карману и достает что-то. Когда она протягивает мне маленькую карточку, я сразу понимаю, что это — та самая банковская карта, которую я ей дал вчера.

— Что это? — спрашиваю, нахмурив брови, хотя ответ мне уже очевиден.

— Ваша карта, Тимур Эльдарович. Спасибо, но я ею не воспользовалась, — её голос звучит тихо, но отчётливо.