— Дерзишь своему императору? — бровь этого наказания улетела на лоб.

— Как бы я посмела, — опустила глазки. — Всего лишь уточняю время — чтобы понять, зачем я здесь.

— Не догадалась еще? — он сделал несколько шагов по направлению ко мне.

Глаза как-то нехорошо блеснули. Как у кота, что вот-вот бросится на мышь. И не потому что помирает от голода, а из-за того, что просто позабавиться хочется, кровь по телу старому разогнать застоявшуюся, доказать самому себе, что еще живой.

Все-таки мой Риар был прав. За всей этот эпопеей с женитьбой стоит ревность императрицы из-за того, что интерес муженька к полукровке был вовсе не невинен. Какая же я глупая!

— Ну, куда же ты? — укорил монарх, когда шустро ускользнула от его лап за широкий письменный стол, заваленный бумагами — и листами плотного пергамента, и в игривых рулончиках. — Фабиана, не играй со мной. Лучше сделай так, как я хочу. Тогда исполню любое твое желание.

Он начал обходить стол.

— Я так истосковался по женской ласке. По покорности, податливому молодому телу. По жару страсти! — его ретивое Величество весьма прытко одолело несколько метров и почти поймало меня. — Проси, что хочешь, ведьмочка, ни в чем тебе отказа не будет, козочка моя!

Вот козел похотливый! По рогам бы тебе надавать, чтобы корона до талии обручем наделась, заодно шаловливые ручонки зафиксировав так, чтобы не мог их тянуть в мою сторону!

— Ну что ты от меня бегаешь? — пожаловался монарх, когда я пошла на второй круг вокруг стола.

— Так я это, — ответила на ходу, пристально за ним наблюдая, — желание придумываю!

— Любое желай! — щедро разрешил похотливый властелин. — Я все могу! Хоть… хоть… — наморщил лоб, пытаясь придумать что-то необыкновенное, но мозг думать не хотел, ведь при погонях за девицами несколько иные органы активируются, выключая голову — чтобы творить беспредел сподручнее было.

— Хоть что? — с надеждой посмотрела на застывшее в ступоре Величество, надеясь, что мыслительная деятельность выключит управление нижних этажей и передаст знамя разуму.

Говорю же, глупая ведьмочка.

— Хочешь, помилую твоего де Дарка? — выдал император и широко улыбнулся, увидев мою реакцию.

— Хочу, — прошептала я.

— Тогда иди сюда, — поманил пальчиком. — Будь ласкова со своим сувереном, и я отпущу Риардана. Отдай мне невинность, Фабиана, — сально усмехнулся, — у тебя ведь все равно должна быть брачная ночь!

Какой же ты мерзавец! Я потянулась к канделябру. Но свершить месть не успела — потайная дверь снова проскрипела, отворяясь. Из нее появилось дуло мушкета.

Его Величество тут же растерял все свое самодовольство. Конечно, ведь одно дело загонять в угол девушку, а совсем другое смотреть в лицо безжалостной судьбе.

Долго играть в «гляделки» она не стала. Оружие вздрогнуло, изрыгнув пламя и кусок свинца. Монарх нелепо взмахнул руками, будто развеселился на шальном празднике и полез дирижировать оркестром, доказывая, что все могут короли. Потом упал на одно колено, рухнул лицом в пушистый ковер и затих.

Вот правильно говорят, что в конце игры все шахматные фигурки попадают в одну и ту же «коробку» — и короли, и пешки. А также должна отметить небывалое событие — в кои-то веки расплата к негодяю пришла вовремя, не промедлив и мгновения! Небывалые чудеса.

Так, а мне бы стоило отойти от шока, иначе загремлю туда же. Вряд ли убийца императора будет настолько милостив, чтобы оставлять в живых свидетельницу.

Я метнулась к двери, успела даже распахнуть ее. Но на этом побег и закончился — ведь в коридоре стояла… Хейли!

— Далеко собралась, полукровка? — с презрением не сказала, а практически выплюнула она, склонив голову на бок.

Промолчав, отступила на несколько шагов и оглянулась. Из потайного хода вышел мужчина. Когда тусклый свет свеч упал на его лицо, ахнула, узнав наследника престола, принца Саймона.

Или теперь уже можно сказать нового императора Саймона? Ибо предыдущего он своими же ручками отправил на тот свет. Видимо, очень не терпелось посадить свою задницу на трон. Надоело ждать. Но папаша-то крепенький еще, может прожить долго, а править смердами уже сейчас невмоготу, как хочется!

О, да новое Величество не один! Я молча проводила взглядом вошедшую в комнату императрицу. Вот кто стоит за всем этим, оказывается — тенью, кукловодом, дергая за нужные ниточки.

— Не ожидала? — женщина усмехнулась, поглаживая таксу, которую держала на руках, и прожигая меня взглядом, полным ненависти.

И что я ей сделала, спрашивается? Разве моя вина в том, что ее блудливый муженек возжелал полукровку? Она и так играла мной, как куклой, то назначая женихов, то отменяя помолвки. Но сейчас это не важно. Единственное, что имеет значение — как выжить?..