— Моей Лене, а не твоей. Вот, кстати, держи, — кладу на стол браслет и беру в руку бокал с янтарной жидкостью.

— И что ты хочешь мне этим сказать? Да, мне важно знать где она, особенно, когда связалась с тобой. Только не надо строить из себя святошу и говорить, как это плохо.

— А я и не говорил, что это плохо. Мне вот тоже это важно знать, я подшаманил с ее машиной, ты с браслетом. Все путем, Миша. Видишь ли, плохо то, что твоим приспособлением пользуешься не только ты, но и твоя жена.

— Что ты имеешь в виду?

— То и имею, — отпиваю глоток виски уж точно не для того, чтобы напиться, скорее с целью отвлечь себя. — Миша, а ты любишь свою дочь? — прокручивая бокал в руке, вполне серьезно интересуюсь я. Этот чертов вопрос крутится у меня в голове уже не один час. — Я серьезно. Вот я ненавидел своего отца, он меня тоже не сильно любил, мягко говоря. Родители, равно как и дети, не обязаны любить друг друга. Я, правда, хочу услышать от тебя ответ на мой вопрос.

— Если бы я не любил свою дочь, Вадим, я бы не контролировал каждый ее шаг последние пять лет ее жизни. Пнул бы по задницу, оставив квартиру и банковскую карту, как только исполнилось восемнадцать.

— А может это просто совесть тебя съедает за то, что ты сделал со своей дочерью? Поэтому контролировал каждый ее шаг? Ладно, давай по-хорошему, кто это сделал шесть лет назад, — перевожу взгляд на Карасева, который тут же меняется в лице. — Признаюсь, я считал тебя тупицей, но следы ты подчистил просто мастерски. Плюс пять баллов. Я не выйду из этого дома, пока ты не скажешь кто это.

— Это уже неважно, — выпивая залпом весь бокал, категорично заявляет он. — Их больше нет. Я поговорю завтра с Леной лично, я не знаю, что она себе придумала, но их нет, Вадим. Это не просто слова, их реально нет. Я тебе клянусь своим еще нерожденным ребенком. Нет их больше. Просто нет.

— Еще раз, Миша. Кто? Это Карина?

— Что за чушь ты несешь?! Не смей ее сюда приплетать. Это что месть за то, что она ушла ко мне?!

— Идиот.

— Вадим…

— Восемнадцатилетнюю девчонку держат голую и привязанную в подвале. При этом над ней издеваются, но трахают ей мозг, а не тело! Не находишь это странным?! Это, бл*дь, дело рук бабы! Еще раз спрашиваю кто это, Миша? Я сейчас твою суку за волосы стащу с лестницы, если…

— Это дело рук моей секретарши и ее брата! — эмоционально выдает Карасев. — Я трахал ее изредка в перерывах на работе, понятно? — пока я осознаю сказанное, этот гондон наливает себе очередную порцию виски и опять выпивает залпом. — Ей совершенно не понравилось, что в моей жизни уже прочно засела Карина. Я не воспринимал тогда все всерьез, ну потрахался с ней несколько раз. Уволил в конце концов. Сначала Карину сбила машина, как оказалось это тоже ее рук дело. Потом Лена…. Я совершенно потерял бдительность.

Бдительность он потерял… сука! Вот уж чего у меня реально не было в мыслях, так это хватать этого гондона за грудки и трясти, что есть сил.

— А Карина, твоя, бл*дь, жива, сука, и здорова в отличие от Лены! Тебе вообще не жалко свою дочь, Миша? Совсем?! Это ты ей жизнь испоганил. Ты! Пусть не своими руками, но сути не меняет! И сейчас снова ты!

— Прекрати! Я сказал их больше нет, Вадим!

— Их нет, а Карина твоя есть! Вчера вечером, в подъезде моего дома, на Лену напали по указанию твоей женушки. И нанятый ей человек методично промывал Лене мозг. Какие-то секунды! Но этого хватило! Видимо, ты многое рассказываешь своей женушке, раз она осведомлена на что давить. И это все, мой дорогой будущий тесть, подтверждено моими людьми и подтвердится твоими, если ты поднимешь жопу и перестанешь витать в облаках от возможной беременности своей жены, — выпаливаю на одном дыхании и тут же отпускаю Карасева.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Никогда не думал, что взбледнувший и абсолютно потерянный от этой новости Карасев вызовет во мне… жалость. В момент, когда он откинулся на сиденье и закрыл глаза, у меня промелькнула шальная мысль, что он того. Пи*дец, трупа мне его мне еще не хватало.

— И что мне теперь делать? — неожиданно выдает он. — Она беременна. Реально, беременна. Я сам с ней проходил УЗИ, понимаешь? — утыкается в меня взглядом побитой собаки и выжидающе смотрит, словно я какая-то гребаная палочка-выручалочка. — Зачем ей это?! Может это ошибка.

— Зови эту тварь, узнаешь и без своих людей. Она расколется и будет рыдать или сымитирует обморок. А может просто прикинется дурочкой, у которой шалят гормоны на фоне такой долгожданной беременности. Она испугалась за свое будущее дитя. И бла бла бла. Включи мозги, Карасев. Ей просто выгодно избавиться от Лены вот таким путем. Ну что стоит напомнить травмированной девчонке о былых событиях? Минута, Миша, и все готово. Но надо отдать ей должное-она заботится о своем будущем потомстве. Кстати, зная о любвеобильности твоей супруги, ты уверен, что ребенок твой?