— Я не это имела в виду, — отчаянно произношу я, прекрасно осознавая, что действительно перешла границы, которые нельзя переходить, даже таким как я. Он может прихлопнуть меня одной рукой без каких-либо усилий, но вместо этого Вадим резко наклоняется вниз, скидывает второй ботинок в сторону и вот так, в одних носках, открывает входную дверь. Выходит за порог и только у лифта резко разворачивается ко мне и, улыбаясь ехидной улыбкой, бросает:
— Спокойной без поносной ночи, Леночка. Передавай привет, Говнюше, — подмигивает мне сначала одним, затем другим глазом в привычной идиотской манере и заходит в лифт.
И только через час, лежа на диване и смотря в потолок, я поняла, что имел в виду этот гад. Вадим совершенно точно накормил Нюшу курицей. Вот только он это сделал по незнанию, а я говорила не в бреду. И если бы не произнесенные мной дебильные слова, он бы точно не ушел и никогда не признался бы в том, что сделал. Наверное, остался бы на ночь любыми возможными путями, чтобы собственноручно убирать кошачьи «подарки», чтобы я ничего не заподозрила. Усмехаюсь сама себе и осознаю, что несмотря на недавнюю эйфорию от своей нормальности, на душе самым настоящим образом паршиво. Я испытывала колоссальное сожаление. Да, именно так. Хуже всего, что все испортила в очередной раз именно я. Не срыгнула, так ляпнула языком. Молодец, Карасева. Просто умница.
И на месте Вадима я бы не просто ушла, но еще бы прилично подгадила и не только словесно. А этот, несмотря на внушительный крупногабаритный и не очень добродушный вид, ушел вполне себе достойно, еще и в носках по слякоти. Дурак!
Неосознанная «мстя» Вадима удалась на славу. Забавно, но несмотря на бессонную ночь, мне не в чем его винить. Но то, что каждый раз, отмывая очередной ночной Нюшин «подарок» я думала о Вадиме-это факт. К утру удалось избавиться разве что от зловонного флера, витающего по квартире, а вот от мыслей, разрывающих мою голову-нет. Два дня… Два! Всего два! Ну как так может быть? Бред чистой воды. Вот только из-за этого бреда я так и не сомкнула глаз. Встала в полседьмого, на полчаса раньше будильника, и пошла в душ. Вода не привела мою голову в порядок, но однозначно помогла прийти в себя. Он вернется. Побесится неделю-другую, но вернется. Не тот характер и напор. Ну не мог он просто так уйти навсегда.
— Ведь не мог? — спрашиваю сама себя, протирая запотевшее зеркало в ванной. — Не мог. Вернется.
Осталось только признаться самой себе, что я хочу, чтобы он вернулся. Отхожу на пару шагов назад, всматриваясь в свое обнаженное тело в зеркале. Я же красивая, ему точно понравится. Особенно моя грудь. Смеюсь как самая настоящая чокнутая, представляя, как Вадим будет облизываться на нее, правда смеюсь до тех пор, пока взгляд не падает на низ живота. Едва провожу пальцами по коже, прекрасно осознавая, что ничего не заметно. Ну ведь обычный человек точно не заметит никаких рубцов. Современная медицина творит чудеса, только ведь я-то их вижу… Наверное, если бы не сигналящий будильник, я бы и дальше стояла с ненужными размышлениями, но некогда раздражающий звонок, вывел меня из дурацких дум.
Ровно в без пятнадцати восемь, как всегда, я вышла из квартиры и дойдя до лифта осознала, что кое-что забыла. Терпеть не могу куда-либо возвращаться, и даже понимание того, что это не столь важно, не остановило меня от возвращения в квартиру. Нанесла подаренный Вадимом духи, и только потом, перекрестившись, и показав себе в зеркало язык, вышла из дома.
Больше всего я ненавижу понедельник и пятницу, в эти дни мне приходится ездить в метро. Ненавижу стоять в пробках. Просто на дух не переношу. Но так как сегодня понедельник, именно поэтому я гордо топаю пешком до ближайшего метро. Правда до тех пор, пока не осознаю, что параллельно со мной по двору едет машина. Медленно поворачиваю голову и, кажется, выдыхаю с облегчением, когда обнаруживаю не только знакомый автомобиль, но и его хозяина.
Глава 19
— Доброе утро, Елена ффф…..антастическая Михайловна, — приоткрывая на ходу окно произносит Вадим. Только не улыбаться, Лена, только не улыбаться.
— Доброе, — как ни в чем не бывало небрежно отвечаю я, а у самой начинает барабанить сердце.
— Что у тебя на ножках, прелесть моя, я не разглядел? — продолжает все так же медленно ехать.
— Двухдневная щетина. Хочешь погладить? — ну вот зачем я говорю эту дурацкую… правду?
— Я имел в виду сапожки с дырками аль без, но твоей щетине на ногах я, как ни странно, рад.
— Да что ты говоришь? — останавливаюсь я и Вадим сразу притормаживает. А еще через секунду выходит из машины, становясь напротив меня. Высокий, зараза, а ведь я на каблуках не коротышка. Но в сравнении с ним чувствую я себя именно такой. — То есть ты еще из тех, кто любит полугладкие женские ноги? Так вот отвечу в твоем стиле-хватит звездеть, Звездун Александрович.