– Смотря когда, – прошептал он на ухо. Вздохнул. – Если ты о последнем, то нет, не врал. Прости меня за все.

Убрал от меня руку, лег на спину. Больше ничего не произнес.

Я прижалась к его боку, положила голову на плечо. Наверное, глупо с моей стороны вот так ему поддаваться, ведь прошлое показывало, что Мальро в любой момент мог измениться. Ничто не мешало ему выбраться на свет и снова грязью меня обозвать. Я нахмурилась, сжала плотную ткань его зимней одежды в кулак.

– Дрэйк, разум мне подсказывает, что такое нельзя прощать. Следует отгородиться и оборвать с тобой все контакты.

– А сердце? – накрыл он мою ладонь.

– Оно болит.

– Позволишь его излечить? – повернулся на бок мужчина. Обнял за талию, притянул к себе. – Позволишь искупить свою вину, ведьмочка?

– Зачем ты все это делал? – спросила вроде бы спокойно, но обида тугим комом подступила к горлу.

– Сложно объяснить одним предложением.

– Давай несколькими.

– Если сказать грубо, то я защищал… нас, тебя.

– Смешно даже, – покачала я головой.

– Вивиан, все сложно. Место верховной – это заветное желание каждой уважающей себя ведьмы. Ты подставилась в Ночь всех сил. Избранный – это не только сила, но и слабость. Тебя наделили слабостью.

– А в чем заключается сила?

– Та-ак, – протянул он, – ты что об избранных знаешь?

– То, что вы теперь мои хозяева, это если грубо.

– И все?

– А есть что-то еще?

Дрэйк засмеялся. Снова лег на спину, долго ничего не отвечал. Я же просто ждала, не имея возможности даже подняться и уйти из этого подвала. Что именно его веселило? Моя неосведомленность? Пора начинать злиться или подождать, когда все-таки объяснит?

– Нужно выбираться отсюда, – сказал он и попытался сесть.

Вышло у него, правда, не с первого раза. Он подхватил меня под мышками, тоже усадил. Придержал, чтобы случайно не упала.

– Как ты себя чувствуешь?

– Не уходи от ответа.

– Я расскажу все, что ты захочешь узнать. Но давай выберемся, хотя бы поднимемся на первый этаж, а то здесь жутко воняет гарью. И сыро.

Пришлось согласиться.

Дрэйк кое-как встал. Я не видела, что он делал, но по глухим стонам, звукам, как хватался за стену, как рывками поднимался на ноги, становилось понятно, что ему очень трудно. А потом он потянул меня вверх.

– Обопрись мне на плечи.

Я не пыталась строить из себя героиню. Послушалась. Позволила вынести себя наверх, по возможности помогала мужчине, хотя всю основную работу он сделал сам.

Мы добрались до темной, скудно освещенной кухоньки. Дрэйк усадил меня на стул, сам отправился на поиски воды и еды. Отыскал в оставленных ведунами сумках припасы.

– Пей, – приложил к моим губам горлышко бурдюка.

Я сделала несколько глотков, закашлялась. Часть воды полилась по моему подбородку, потом на некогда белое платье. Мужчина вытер влагу с моего лица, сдержанно улыбнулся, поражая меня своим преображением. Где тот надменный аристократ, который бесил меня поначалу? Может, это очередной сон? Он коротко поцеловал меня, отошел в поисках съестного и вернулся, чтобы теперь накормить краешком хлеба и вяленым мясом.

– Почаще смотри на меня так, мне нравится, – сказал он, отрывая небольшой кусочек и просовывая в мой рот.

– Как?

– Сама скажи, о чем ты сейчас думала, – произнес, тоже принявшись жевать найденную еду.

– Дрэйк, – нахмурилась я и только сейчас поняла, что начала называть его по имени.

Он усмехнулся, предложил сыра, положил его в открытый мною рот. И вроде бы ничего особенного не происходило, но взгляд мужчины менялся, темнел. Я заметила, как он несколько раз гулко сглотнул, как приложился к бурдюку.

– Что-то не так? – забеспокоилась я.

– А ты не чувствуешь?

– Что именно?

– Притяжение. Желание.

– Только не здесь, – поморщилась я, осматривая помещение.

Комната обжитая, со множеством приятных мелочей. Зеленые растения на окнах. Плетеные украшения на стенах. Посуда на полках и на источающей тепло печи. Но многие поверхности покрылись пылью, словно хозяева исчезли внезапно и безвозвратно. И от этого становилось не по себе.

Дрэйк усмехнулся, предложил мне кусочек мяса, который я без раздумий взяла.

– Ты за кого меня принимаешь, кошечка? Я хочу тебя, бесспорно, но не настолько, чтобы набрасываться без твоего согласия. Но… в общем, соитие – это самый простой способ для ведьм и их избранных подпитаться энергетически и эмоционально.

– Как тогда, да?

– А сейчас об этом, – развернул Дрэйк мой стул и притянул к себе. – Не смей больше плакать. Никто в этом мире не достоин твоих слез. Поняла меня?

Я опустила голову. Он коснулся моего подбородка, заставил на него посмотреть.

– Давай поговорим. Между нами не должно быть недопонимания больше, согласна?

– А что изменилось?

– Скажем так, я добился своего.

– Чего именно?