– Считаешь, мистер, не смогу?!

– Вивиан, посмотри на меня. Не надо никуда уходить.

А пальцы все сильнее сжимали мою руку, окольцовывали запястье. Доказывали, что не просто не смогу – не отпустят. Запрут, удержат, прикажут.

И проиграю в этой схватке именно я. Потому что задавят силой. Да даже просто зацелуют, обласкают, подчинят себе без слов. Шепотом, лаской, прикосновениями. Словно они одни знают, как именно надо и правильно. А мое мнение… разве есть оно, это мнение?

Стекла затряслись. Ветер ударил в них снова. Дверь распахнулась, в дом ворвалась вьюга, закружила, потянулась к нам.

Дрэйк отвернулся на шум, сразу руку отпустил. Я моментально оказалась в теплых объятьях Лиара. Он начал гладить меня по голове, плечам, успокаивать в меру своих возможностей.

– Не нужно уходить. Мы больше не пристанем. Веришь? Не злись, красивая моя, вообще прикасаться не будем. Успокаивайся. Выдыхай уже.

Я прикрыла глаза. Поняла, что в груди тоже вьюга. Выла, билась изнутри, рвалась наружу чем-то мощным, разрушительным. Казалось, я сейчас многое могу, стоит только захотеть.

Но не хотелось.

Вообще было сложно эмоционально. Меня будто выжали досуха, до последней капли.

Я отстранилась от Лиара, подняла на него глаза. Ничего не сказав, направилась к лестнице мимо Дрэйка. Почувствовала мимолетное прикосновение к руке, словно тайную ласку, о которой никому знать не позволено. Никак не отреагировала. Мне просто показалось. Случайность.

Добралась до своей кровати, рухнула на нее и провалилась в сон.

А в нем меня снова окружали ведуны. Не знаю, так ли они выглядели на самом деле, но Шелли отчаянно называла их именно этим словом. Без лиц, их попросту размыло, с длинными руками, тянущимися ко мне, и шепотом «любим». Вот только я уже не знала, как к этому относиться. Что именно они любили, как? Хорошо ли это? Стоит бояться? Позволить ли им снова утащить себя в темную комнату, чтобы заперли меня там?

Я распахнула глаза и уставилась в занесенное снегом окно. Громко выла вьюга. Билась, словно стучалась в гости, хотела погреться вместе со мной.

Казалось, я различала ее голос. Тонкий, далекий, жалобный. Внутри все отзывалось, стремилось навстречу. И я не стала противиться, переставила прикроватный столик, встала на него ногами и положила ладонь на холодное стекло.

Покалывание. Легкое, приятное. По пальцам побежали едва заметные искорки. Дальше, к запястью, локтю. Превратились в настоящие снежинки, завертелись вокруг моей руки.

Я не управляла этим хороводом, просто разрешала играть со мной. Знакомилась. Понимала, что продолжаю слышать. Словно уже разговаривала без слов и могла хоть сейчас попросить.

Да, не приказать, а именно попросить. Ласково, нежно. Потому что никому не нравится подчиняться, прогибаться, действовать не по своей воле.

– Лети, здесь слишком тепло для тебя, – вскинула я руку, и снежинки втянулись в окно, исчезли.

Оставили меня одну с пониманием, что все полгода я действовала неправильно. Вроде бы осваивала магию, но даже свечи зажигала силой. А нужно просить, взывать. Разрешать.

Взгляд устремился к ближайшей. Я потянулась к ней мысленно, уловила сконцентрированное вокруг нее тепло, как нечто осязаемое, пригласила стать гуще, превратиться в маленький огонек. Миг – и он вспыхнул. Вот так просто!

– У тебя получилось, – отреагировала Шелли, высунув из-под подушки носик.

Переместилась на изголовье, перепрыгнула ближе к свече на комод и встала на задние лапки.

– Тепленький.

– А обычно не такой был?

– Да такой же. Но этот мне нравится больше.

– Мне тоже, – согласилась я и села на край кровати.

Всмотрелась в игривый огонек. Улыбнулась. Он дрогнул, словно тоже хотел пообщаться, как недавно вьюга. Я протянула к нему палец, охнула, едва он перебрался на мою кожу и продолжил быть такой же перевернутой капелькой с острым хвостиком. Словно теперь я для него свеча с фитилем.

– Привет, маленький.

Тот стал толще, будто показал пузо. Не маленький, мол, просто таким я его создала.

– Подпитать?

Хвостик задрожал. Я хотела было добавить что-то от себя, но вдруг вспомнила, что сотворила его из тепла. Вновь сконцентрировала на нем внимание, словно зачерпнула, сжала, отдала моему новому другу, который значительно разросся и уже скатился на ладонь.

– Так лучше?

Да, ему нравилось. Все нравилось.

Как я это понимала? Почему лишь сейчас научилась слушать?

– Он жжется, – поделилась Шелли, попробовав тоже подружиться с огоньком.

Поддавшись радостному порыву, я вернула его на свечу, попросила снова стать милым и маленьким. Тот нехотя согласился. Достала из своего тайника гримуар, открыла на первой попавшейся странице и начала читать.