Когда я спустилась с кафедры, он поднялся мне навстречу и, не обращая внимания на любопытные взгляды, взял мои руки в свои.

— Поздравляю, — сказал он тихо. — Ты была лучшей с первого дня.

— Ты просто пристрастен, — улыбнулась я.

— Я объективен. Ты — лучшая ведьма этого выпуска. И будущий королевский заклинатель. Я горжусь тобой.

Мама подошла и обняла меня — крепко, как в тот день, когда я вернулась из Горного хребта.

— Твой прадед гордился бы тобой, — прошептала она. — И Этерция — особенно.

— Спасибо, мам.

Бабушка, не удержавшись, всё-таки всплакнула, хотя тут же сделала вид, что просто в глаз попала соринка. Тин, сидевший у неё на плече — за эти годы он привязался к ней не меньше, чем ко мне, — деликатно сделал вид, что ничего не заметил.

После церемонии был праздничный ужин. Мы сидели за длинным столом в саду академии — там, где когда-то цвело дерево Клариссы. Ирис, уже практикующий лекарь, рассказывала о своей работе в столичной больнице. Вэл, ставшая артефактором и открывшая собственную мастерскую, показывала маме какой-то сложный амулет собственного изобретения. Астраллион, всё ещё куратор заклинателей, но уже старший преподаватель, сидел неподалёку и с улыбкой наблюдал за нами. Мы остались добрыми друзьями — он так и не женился, но, кажется, был счастлив в своём деле.

А Каирра… О ней напоминала лишь короткая строка в королевском указе, который зачитали на суде четыре года назад. «За пособничество заговорщику, за покушение на жизнь адептов академии и за измену короне приговаривается к пожизненной ссылке в Песочные пустыни». Говорили, что она пыталась бежать по дороге, но гвардейцы поймали её у самой границы. Больше о ней никто не слышал. Только иногда, глядя на закат, я вспоминала её безумные глаза и думала о том, что ревность — это тоже проклятие. Просто его труднее заметить.

Когда начало смеркаться и сад осветили магические фонари, Вольдемар вдруг поднялся и протянул мне руку.

— Пойдём со мной. Есть кое-что важное.

Я удивлённо посмотрела на него, но спорить не стала. Он вывел меня на то самое место у озера, где четыре года назад цвело дерево Клариссы. Теперь дерево стояло в листве, и в его кронах пели ночные птицы.

— Помнишь этот день? — спросил он.

— Конечно. Ты тогда злился на меня за прогулку с Астраллионом.

— Я завидовал, — признался он. — И боялся. Но сейчас… — он замолчал, и я увидела, как он нервничает. Вольдемар Рергард, капитан королевской гвардии, демон, прошедший через проклятие и битву с древним злом, — нервничал передо мной.

— Что случилось? — спросила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

Он опустился на одно колено — прямо там, на траве, у корней дерева, которое когда-то подарило мне оберег. Его глаза, в свете фонарей казавшиеся почти золотыми, смотрели на меня снизу вверх.

— Киара Морвейн, — произнёс он, и его голос дрогнул, — ты вошла в мою жизнь как враг. Ты стала союзником. Потом — другом. Потом — единственной, ради кого я готов пройти через что угодно. Ты сняла с меня проклятие. Ты подарила мне свободу. Ты сделала меня тем, кем я никогда не надеялся стать. Я люблю тебя больше, чем способен выразить словами, и не хочу ждать ни дня больше.

Он достал из кармана кольцо — тонкий серебряный ободок с камнем, напоминавшим каплю ночного неба.

— Ты станешь моей женой?

Я замерла. Весь мир — сад, озеро, голоса гостей вдалеке — исчез. Остался только он. Его глаза, его голос, его рука, протянутая ко мне.

— Да, — выдохнула я. — Да, я стану.

Он поднялся и обнял меня, и его губы коснулись моих — нежно, бережно, словно обещание. А когда мы наконец отстранились, я услышала, как с ближайшего дерева раздаётся знакомый скрипучий голос:

— Ну наконец-то! Я уж думал, ты до пенсии будешь собираться с духом, рогатый!

Тин спорхнул с ветки и приземлился мне на плечо, довольно щёлкая клювом.

— И не смотри на меня так, — добавил он, обращаясь к Вольдемару. — Я теперь официально твой фамильяр по родству. Привыкай.

Мы рассмеялись. Я прижалась к плечу Вольдемара и посмотрела на озеро, в котором отражались первые звёзды. Где-то там, вдалеке, шумела столица, ждали новые дела и новые свершения. Мама будет служить короне, я — работать в королевских заклинателях, Вольдемар — командовать гвардейцами. Мы будем строить дом, сажать травы в саду и когда-нибудь расскажем нашим детям историю о том, как одна ведьма и один демон прошли путь от ненависти до любви.