— Я полечу с королевой, — сказал Араун. — Вы соберите всё, что сможете, и приведите лошадей. Встретимся там.

— Да, мой господин, — ответил Ундейл, и Фарли, спрыгнувший с козел и прижимавший окровавленную тряпку к обожжённому лицу, эхом повторил его слова.

— Мои охранники, — прохрипела я. — Остальные...

— Трое живы, — сказал Араут, расправляя свои огромные крылья. — Их лошадям пришлось хуже. У самих — лишь царапины. Успокойся, маленькая королева. И дыши.

Он сделал огромный прыжок и земля ушла из-под ног, когда мы взмыли в ночное небо. Крылья бились тяжело, мощно, поднимая нас всё выше, над деревьями, над снежными холмами, над местом побоища, которое осталось где-то далеко внизу, маленьким пятном хаоса на белом полотне.

— Ты... уничтожил всех гончих? — прошептала я, чувствуя, как каждое слово отдаётся болью в груди.

— Не всех. Последних троих я отравил светом жизни и оставил в путах. Либо они вырвутся и, хромая, вернутся в мир мертвых залечивать раны, либо сдохнут там, где я их бросил.

— Мне жаль, что ты потерял своих питомцев, — выдохнула я, рассматривая лицо бога. Темные пряди волос с нефритовыми прожилками развевались назад от нашей скорости, открывая высокий лоб, острые скулы, губы, сжатые в тонкую линию сосредоточенности. Он так невероятно красив. Мне вдруг безумно, отчаянно захотелось, чтобы он существовал, не только для того, чтобы спасать моё королевство и не только потому, что его жизнь была связана с моей. А просто... потому что он был.

— Дыши Рейвен, — прорычал он сквозь стиснутые зубы. — Не отключайся.

Медленная, тёплая волна удовольствия прокатилась по моему сердцу, несмотря на боль.

— Ты назвал меня по имени.

— Ну и что с того? — огрызнулся Араут. — Замолчи сейчас же. Сосредоточься на том, чтобы остаться в живых. Мы почти на месте. Держись.

Но сосущее, ноющее чувство в ране становилось всё сильнее. Мне казалось, что одна из гончих навалилась мне на грудь всем своим весом — я едва могла глотать воздух, каждый вдох давался с хрипом и болью.

Я умирала. Но должна держаться ради Араута. Для него смерть означала не переход в мир мертвых, как для человека, а полное уничтожение. Небытие. Каким бы он ни был ворчливым, надменным, жестоким, странно-нежным, не заслуживал смерти. Самое меньшее, что я могла сделать — это бороться, если не ради себя, то ради него.

Глава 28

Араут

Я ворвался во двор гостиницы, крича, чтобы все выходили. Дверь распахнулась, и хозяин, плотный мужчина с чёрными волосами, выбежал наружу, за ним — его жена и несколько слуг. Увидев окровавленную девушку в моих руках, они закричали, засуетились.

— Это королева, — рявкнул я, не давая им времени на истерику. — На нас напали дикие звери. У вас есть целитель?

— Нет, — ответила женщина. — В этой стране больше не осталось целителей. Но вы целитель, правда? Вы…

— Моя магия так не работает, — оборвал её. — Я могу спасти жертв чумы от смерти, но они всё равно должны переболеть. Я не заживляю раны, — я стиснул зубы, чувствуя, как Рейвен слабеет в моих руках. — Клянусь Горнилом, если бы я мог… но не могу. Вы должны помочь ей.

Хозяин и его жена снова переглянулись.

— Несите её внутрь.

Они провели меня в небольшую гостиную, смежную с общим залом. Служанка набросала на старый диван одеял, и я осторожно опустил Рейвен на них, стараясь не потревожить раны. Она всё ещё дышала.

— Ваша королева умирает, — сказал я. — Я убью вас всех, если вы не спасёте её. Если вы знаете целителя, то немедленно пошлите за ним.

Из груди Рейвен вырвался ужасный, булькающий звук, напоминающий предсмертный хрип, который заставил моё сердце болезненно сжаться.

— Вы слышали меня? — прошипел я, позволяя себе изменить облик. — Вы знаете, кто я?

— Бог... смерти, — выдохнул хозян.

— Именно. Я бог смерти. Так что пойми, почему я не задумаюсь ни на секунду, если мне придётся убить всех в этом доме. Ты умрёшь первым. И я придумаю для тебя такие муки…

 

— Пощади, — взмолилась жена хозяина, падая на колени. — Пожалуйста, пощади его.