— На испытание магией, маленькая королева, — Араут чуть улыбнулся, и в уголках его губ заиграла дьявольская насмешка. — Как ты думала, что я имел в виду?

По тому, как слегка изогнулись уголки его полных губ, я почти точно знала, что он прекрасно понял, о чём подумала. И наслаждался моим замешательством.

Глава 24

Араут

Честно говоря, я не был уверен, стоит ли мне дарить королеве знак привязи. Если бы это было возможно, я бы, наверное, сделал, хотя бы для того, чтобы обезопасить себя и обеспечить ей долгую жизнь.

Но ритуал призыва и добавленное Митарой заклинание уже связали нас слишком тесными узами. Ещё один знак и всё могло переплестись в неразрывный клубок, который не распутал бы никто. Но, если честно, я не чувствовал себя обязанным награждать маленькую королеву за то, что она втянула меня во всю эту историю.

Карета, в которой мы ехали, была невероятно тесной. Два сиденья, расположенных друг напротив друга, едва вмещали наши тела. Я целиком заполнял одно из них, и мне приходилось наклонять длинные ноги вправо, чтобы королева могла устроить свои юбки слева.

Мы ещё даже не выехали из города, а я уже чувствовал, как в груди нарастает давящее, удушающее беспокойство, почти непреодолимая потребность вырваться из этой тесной клетки на свободу.

С тех пор как прошлой ночью я с огромным трудом оторвался от её постели, меня не отпускало грызущее, лихорадочное напряжение. Невидимые цепи впивались в плоть, в кости, их тяжесть казалась невыносимой, так что хотелось взвыть от боли.

Наши перепалки с королевой слегка ослабляли хватку оков. Но этого было недостаточно. Когда же она отвернулась к окну, я понял, что не вынесу молчания. Не мог позволить разговору оборваться, иначе просто сошёл бы с ума.

 

— Ты знаешь, что ты лгунья, — сказал я. — Мы добавим это к твоему списку грехов.

— Лгунья? — она повернулась, вскинув бровь.

— Ты обещала облегчить график и дать мне время на удовольствия, — я кивнул на блокнот, который она сжимала. — Судя по тому, что я вижу, и по твоим указаниям Фарли, ты не только не облегчила его, но, наоборот, ужесточила.

Она поморщилась, признавая мою правоту.

— Полагаю, что так. Но что, по-твоему, я должна делать? Люди умирают. Мы можем это остановить. Каждая минута на счету, каждая минута — это спасённые жизни. Как мы можем позволить себе отдых, зная это?

Её искренность и яркий, почти жертвенный огонь в глазах, подействовали на меня. Королева превращала себя в пепел, служа этим людям. Она отказывала себе во всех удовольствиях, которые придавали смысл человеческому существованию. И была готова умереть за них — за этих неблагодарных, забывчивых смертных, которые слишком быстро сотрут её имя из памяти. Они не ценили её так, как она заслуживала.

— Очевидно, — сказал я, протягивая руку и забирая у неё блокнот, — этот час-другой в дороге — единственная передышка, которая у меня будет. Так что я намерен извлечь из неё максимум пользы. Предаться ощущениям и удовольствиям.

Её щёки, и без того раскрасневшиеся за время нашего разговора, вспыхнули ещё ярче.

— И как ты предлагаешь это сделать?

— Если бы мы были во дворце, я мог бы найти кого-нибудь, с кем приятно провести время, — я задумчиво погладил подбородок. — К сожалению, в этой карете есть только ты и я.

Вена на ее шеи дрогнула. Маленькую королеву было нелегко напугать, но, похоже, физическая близость и некоторые намёки выбивали её из колеи, и это забавляло меня ничуть не меньше, чем сама близость. Но ещё больше радовал скрытый блеск в её глазах, то, как она облизывала губы, а потом сжимала их. Она была не совсем против моего предложения.

— Я действительно обещала тебе все удовольствия, какие ты пожелаешь, — медленно проговорила она. — Поскольку здесь больше никого нет, полагаю, мне придётся выполнить обещание самой, — она поймала мой взгляд. — Но помни: это всего лишь исполнение уговора. Ничего больше.

— Что-то большее было бы и невозможно, и абсурдно, — согласился я.

— Совершенно абсурдно, — кивнула она.