— Тебе не стоит беспокоиться обо мне, Саммер.

— Не стоит?

— Нет. Я не собираюсь разрушать бизнес твоей тети. Я не скажу ей ни слова о пари или о том, что мы, оказывается, вместе ходим на дегустации пива. И буду давать тебе шоколад только в герметично запечатанных пакетах.

Я смеюсь над этим, его рот смягчается, изгибаясь в полуулыбку.

— Скажешь мне кое-что? — спрашиваю я.

— Я слишком умен, чтобы потакать тебе.

— Я не спрошу тебя о первом поцелуе или о том, где ты хотел бы жениться. Никаких подсказок в этот раз.

— Слава богу.

— Но мне любопытно. Почему ты хочешь дружить со мной? — я поднимаю руку. — Не пойми неправильно, я абсолютно потрясающая. Но кажется, что человек с твоими связями мог бы войти в любую комнату и быть желанным гостем.

— Я мог бы сказать то же самое о тебе, — говорит он. — Ты улыбаешься абсолютно всем, Саммер. Ты замечала это?

Мои пальцы сжимаются вокруг пинты лагера передо мной.

— Нет, не замечала.

— Я не давал тебе для этого повода, но ты все равно хотела узнать меня, — Энтони переводит взгляд с меня на заполненный бар, наблюдая, как официант лавирует между компаниями. Его челюсть напрягается. — Так что это я должен задать тебе этот вопрос. Почему ты хочешь дружить со мной?

— Ты смешной, — говорю я ему. — Возможно, ты так не думаешь, но это правда. Тебя еще очень сложно разгадать.

Его взгляд возвращается ко мне. Глаза сужены, но не от гнева. От задумчивости. Я уже научилась распознавать эти признаки.

— Ты не возлагаешь на меня ожиданий, — говорит он.

— Разве нет?

— Очень мало, если вообще они есть. Или если возлагаешь, то они другие. Все те люди в той гипотетической комнате, о которой ты упомянула? Они ожидали бы, что я буду таким или иным. Они все так и делали, когда мы были на благотворительном аукционе.

— А я нет,— медленно улыбка расплывается по моему лицу.

— А ты нет, — говорит он, поправляя ворот свитера. — Не нужно выглядеть такой самодовольной, — моя ухмылка расширяется. — Пей свое пиво, — бормочет он, но улыбается, глядя на стол. — Скоро принесут последнее.

— М-м-м. Знаешь, опасно проводить дегустацию пива, не предложив нам никакой еды. Ничего, даже миску с крендельками или блюдо с оливками.

— Блюдо с оливками?

— Тогда графин.

— Ты теряешь рассудок, — говорит он.

— Корыто, — предлагаю я.

— Цилиндр, — добавляет он, но затем качает головой. — Мы его потеряли.

Я чувствую, будто разламываюсь изнутри, но в самом лучшем смысле, как слой льда, трескающийся и тающий.

— Вот почему нам следовало заказать что-нибудь поесть. Мы были бы гораздо красноречивее, если бы поели.

— Ты снова подвыпила.

— А ты нет? — спрашиваю я, глядя на него через край пивного бокала. — Понимаю, что у тебя выше толерантность, чем у меня, но будь честен.

— Я не подвыпил, — говорит он. — Я как минимум на фут выше тебя, не говоря уже о том, что пью чаще.

— Эй, ты не знаешь, чем я занимаюсь в свободное время.

— Я знаю достаточно, чтобы быть уверенным, что это не опрокидывание пива будто завтра не наступит. Осторожнее, коротышка. Я допью твое последнее пиво.

— Какое самоотверженное предложение, — говорю я.

— Это я. Благородный до мозга костей.

Энтони платит, пока я в дамской комнате. Он слушает мои протесты с полуулыбкой, засовывая кошелек в карман темных брюк.

— Ты должна быть проворнее рядом со мной, Саммер.

— В следующий раз, — предупреждаю я его.

— Я буду начеку, — он открывает входную дверь, я выхожу в тепло середины лета. Воздух влажный, но дневная жара смягчилась, теперь она приятна.

— Мы забыли наши оценочные листки!

Он усмехается.

— Как же мы теперь будем жить дальше?

— Но мне понравилось то второе пиво. Из маленькой пивоварни в Монтане. Как оно называлось?

— «Green Eagle Ale».

— Вот оно, — говорю я, щелкая пальцами. — Придется заказать себе целый кег.

— Кег? Саммер, сколько ты обычно пьешь пива?

— Честно?

— Я предпочел бы, да.

Я смеюсь, и он кладет руку мне на спину, направляя меня вокруг фонарного столба, который внезапно и довольно нагло оказался у меня на пути.

— Вообще-то я не пью много пива. Оно не самое мое любимое.

Он молчит так долго, что кажется вечностью, пока мы идем по улице к моей квартире.

— Но ты же предложила дегустацию пива, — говорит он.

— Да, что ж, я думала, это будет весело. Казалось, чем-то таким, чем друзья занимаются в городе.

Он фыркает, но в тоне есть что-то мягкое. Циник на сегодня исчез.

— В следующий раз предлагай то, что тебе действительно нравится, Саммер.

Два прекрасных слова растекаются теплым медом по моим венам. В следующий раз.