— Честно говоря, я не уверен. Но мы можем выяснить, что подходит тебе. Мне просто будет спокойнее, зная, что ты справишься сам.

Ленни прерывает нас, ставя поднос с сэндвичами на стол, между нами. У Кейна — пастрами и швейцарский сыр, а у меня — жареная курица, бекон и швейцарский сыр на самом мягком хлебе, который я когда-либо пробовал. Мой желудок удовлетворенно урчит, и я набрасываюсь на сэндвич, забыв о предложении Кейна.

— Боже мой, разве можно испытать оргазм от еды? — стону я, делая еще один укус.

Кейн поднимает на меня взгляд, в котором мелькает что-то мрачное и соблазнительное. Мое сердце замирает в груди. Мой член дергается, напоминая мне, что этот мужчина меня очень привлекает.

Ленни похлопывает по краю стола.

— Рад, что тебе понравилось, Эзра. В следующий раз мы сделаем тебе сэндвич с фрикадельками.

После того, как мы молча доедаем, Кейн бросает на стол двадцатидолларовую купюру и уходит. Я спешу за ним.

— Приглядывай за ним, Эзра, — кричит Ленни, махая рукой, когда мы доходим до входной двери.

Я машу в ответ, улыбаясь.

— Обязательно! Приятно было познакомиться.

Холодный воздух пронизывает меня до костей, и я сжимаю руки на груди. Из-за хаоса последних дней у меня не было времени запастись более теплой одеждой для себя и Джейки. Он сейчас похож на мороженое? Мне нравится представлять, что он там, где я его оставил, в безопасности в том убежище, вяжет и находится под охраной наемников.

Остановившись на пешеходном переходе, Кейн смотрит на меня и видит мое страдающее выражение лица. Он снимает свое длинное пальто и накидывает его мне на плечи.

— Надень его, — приказывает он.

Я смотрю на него, моргнув, сбитый с толку всем этим чертовым днем.

— Клянусь, Эзра, — ворчит он, просовывая мои руки в рукава своего теплого пальто. — Как ты выжил на улицах?

Я морщусь.

— Я не беспомощный, ладно? Я прекрасно справлялся сам. Джейки и я знаем, как выживать.

Его глаза встречаются с моими, в их глубине мелькает гнев. Что сегодня залезло ему в задницу?

— Кто, черт возьми, этот Джейки для тебя? — требует он.

Я не сдаюсь, держа подбородок высоко.

— Я же сказал, он мой друг.

Он молчит несколько шагов, а потом говорит:

— Рев попросил человека забрать его и отвезти в дом престарелых.

— Что? — я останавливаюсь посреди перекрестка. Светофор меняется, и машины сигналят мне. Кейн хватает меня за локоть, чтобы провести через дорогу.

— Он там в безопасности, так что не беспокойся о нем, ладно? Он под постоянным присмотром и нашей защитой. — когда мы доходим до другого тротуара, он наклоняется ко мне, и мое сердце начинает биться чаще. — Но клянусь, Эзра, если я узнаю, что ты нас предаешь...

— Я не предаю! Боже! — огрызаюсь я. — Я могу быть многим, но я никогда не был лжецом.

Кейн удерживает мой взгляд. Кажется, он удовлетворен тем, что находит, или не находит, продолжая держать меня за руку он тянет меня к магазину мужской одежды.

Когда мы входим, нас встречает худощавый светловолосый мужчина.

— Мистер Винсент. Рад снова вас видеть так скоро.

Мне не следует удивляться, что у Кейна так много связей. Он — генеральный директор успешной компании, расположенной на этой же улице.

— Чем могу помочь? — спрашивает сотрудник, подходя к Кейну покачивая бедрами.

— Мне нужен полный гардероб для моего нового стажера.

Я бросаю взгляд на Кейна.

— Но я не соглашался...

— Тихо, Эзра.

— Придурок, — бормочу я, на что он отвечает тихим смешком. Этого он от меня и хочет? Моей дерзости? Если да, то я постараюсь не сбавлять обороты весь день.

Сотрудник магазина с отвращением оглядывает меня с ног до головы.

— Думаю, я творил чудеса и с худшим.

Он уходит, а в моей груди разгорается огонь.

— Не думаю, что он мне нравится.

Кейн садится на низкий бархатный диван в примерочной.

— Он тебе понравится, когда Дрю тебя оденет.

— Полагаю, он и тебя одевал? — язвлю я.

Кейн поднимает бровь, услышав мой резкий тон, а мои пальцы дергаются от бурлящей, разрушительной энергии.

— Да.

Я подавляю раздражение, когда Дрю возвращается. Но после часа, проведенного с этим человеком, который то касался меня руками, то выискивал во мне все недостатки, я настолько раздражен, что готов взорваться.

Слишком тонкая талия. Костлявые бедра. Сильная челюсть, но лицо слишком в стиле «нарко-шик», не находите?

Этот комментарий заставляет меня взъерошиться. Сжав руки в кулаки, я подхожу к Дрю, пока наши груди не соприкасаются. Кейн проскальзывает, между нами, стоя лицом ко мне. Его глаза скользят по мне, а брови хмурятся.