Я зашла в ванную и закрыла за собой дверь. Прислонилась к стене, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце. Что мне делать? Как я могу лечь с ним в постель, если я ненавижу его? Но внутри меня жило другое чувство. Странное, пугающее, которое росло каждый раз, когда он прикасался ко мне.

Я разделась и встала под горячий душ, закрыв глаза. Вода стекала по моему телу, и я пыталась представить, что я не здесь, что я в своей маленькой квартире, что это просто кошмар. Но горячая вода не могла смыть воспоминания о его губах, о его руках, о том, как он смотрел на меня.

Я вышла из душа, обернувшись в полотенце. Мои волосы были влажными, на коже блестели капли воды. Я посмотрела в зеркало и увидела себя — испуганную, но не такую, как утром. Мои глаза горели, на щеках был румянец. Я была возбуждена, и ненавидела себя за это.

Я надела шёлковую сорочку, которую он приготовил для меня, и вышла из ванной. Тимур уже лежал в постели, прикрывшись простынёй. Его грудь была обнажена, и я увидела рельефные мышцы, твёрдые, как камень. Мои глаза скользнули по его телу, и я почувствовала, как внутри что-то сжимается.

— Иди ко мне, Анна, — сказал он, протягивая руку.

Я медленно подошла к кровати и легла рядом, чувствуя, как простыня холодит мою разгорячённую кожу. Он притянул меня к себе, и я оказалась в его объятиях. Его тело было горячим, и я почувствовала, как его рука скользит по моей талии, поглаживая кожу через тонкий шёлк.

— Ты красивая, — прошептал он, склоняясь к моему уху. — Ты даже не представляешь, как я хочу тебя.

— Я не хочу этого, — прошептала я, но мой голос дрогнул.

— Ты хочешь, — он улыбнулся, и его губы коснулись моей шеи. — Твоё тело говорит громче твоих слов.

Он поцеловал мою шею, и я застонала, не в силах сдержаться. Его губы скользили вниз, к ключице, и я чувствовала, как каждый поцелуй разжигает во мне огонь. Его рука спустилась ниже, к моему бедру, и стала подниматься вверх, поглаживая кожу.

— Тимур... — прошептала я, и в моём голосе прозвучала не мольба о остановке, а призыв продолжить.

Он поднял голову и посмотрел мне в глаза. Его взгляд был тёмным, горячим, полным желания.

— Скажи мне, что ты хочешь меня, Анна, — его голос был хриплым. — Скажи, что я тебе нужен.

Я смотрела в его глаза, чувствуя, как его пальцы продолжают своё путешествие по моему телу, дразня, возбуждая. Моё сердце билось как бешеное, и я знала, что если сейчас не скажу правду, то взорвусь.

— Я хочу тебя, — выдохнула я. — Чёрт возьми, я хочу тебя, Тимур!

Он накрыл мои губы поцелуем, и я почувствовала, как его рука скользнула под мою сорочку, касаясь обнажённой кожи. Его пальцы нашли мой сосок, и я застонала, выгибаясь ему навстречу.

— Ты не представляешь, как долго я ждал этого момента, — прошептал он, спускаясь поцелуями к моей груди. — Я хочу чувствовать тебя, пробовать тебя на вкус, слышать твои стоны.

Он снял с меня сорочку, и я осталась обнажённой перед ним. Его взгляд обжёг меня, прошёлся по моей груди, по животу, по бёдрам. Я хотела закрыться, спрятаться, но он не дал мне этого сделать. Он накрыл мой сосок губами, и я вскрикнула от неожиданного удовольствия.

— Тише, — прошептал он, отрываясь от моей груди. — Ты должна привыкнуть к моим прикосновениям.

Он ласкал меня, и я чувствовала, как моё тело плавится под его руками. Каждое движение его губ и пальцев вызывало во мне взрыв наслаждения. Я цеплялась за его плечи, впиваясь ногтями в кожу, и он стонал от боли и удовольствия одновременно.

— Ты такая мягкая, — выдохнул он, опускаясь ниже. — Ты пахнешь нежно, как цветок. Я хочу чувствовать тебя везде.

Его губы коснулись моего живота, спускаясь всё ниже, и я почувствовала, что теряю контроль. Я извивалась под ним, умоляя его не останавливаться. Он остановился у самых моих бёдер, посмотрел на меня, и я увидела в его глазах торжество.

— Ты моя, Анна, — сказал он, и в его голосе была сталь. — Ты всегда будешь моей.

Он вошёл в меня, и я закричала — от боли, от удовольствия, от переполнявших меня чувств. Его руки сжимали мои бёдра, и он двигался во мне, быстрее, глубже, заполняя меня собой полностью.

— Смотри на меня, — приказал он, и я подчинилась. — Я хочу видеть твои глаза, когда ты кончишь.

Я смотрела в его чёрные глаза, чувствуя, как волна наслаждения поднимается внутри меня, как она разливается по всему телу, и я не выдержала. Я кончила, выкрикивая его имя, и он последовал за мной, вонзаясь в меня с последним, глубоким толчком.

Мы лежали, тяжело дыша, и я чувствовала, как его дыхание касается моей шеи. Моё тело всё ещё дрожало, и я не могла поверить в то, что произошло. Я ненавидела его. И я только что кончила в его объятиях.

— Теперь ты действительно моя, — про шептал он, целуя мою макушку.

Я не ответила. Я просто лежала, чувствуя, как по щеке скатывается слеза. Слеза стыда. Или счастья? Я больше не знала, где заканчивается ненависть и начинается любовь.