С другой стороны, за последнюю неделю он ведь ничего мне не написал. Мог бы спросить, например, как дела… Хоть сообщение отправить.

— Как думаешь, — начинаю медленно, глядя на стакан с водой в руках, — если мужчина знает, что… он мне нравится, и… ведёт себя так, будто, ну, переживает обо мне…

— А он точно знает? — Аня смотрит на меня, подняв брови. — Тормоз, знаешь ли, тоже механизм. До них иногда удивительно медленно доходит.

— Он знает, — я краснею, но киваю, — я… в общем, говорила ему однажды.

— Для мужчины нет ничего более притягательного, чем влюблённая в него женщина, — улыбается Аннушка.

— Откуда это? — хмурюсь, потому что в словах мне слышится цитата.

— Это говорила баронесса в «Звуках музыки», — просвещают меня. — Не могу сказать, что я с ней абсолютно согласна, но что-то в этом есть, не находишь? В любом случае, Алин, единственный совет, который я могу тебе дать — наблюдай. И не торопись, — Аня многозначительно округляет глаза. — А то, знаешь, парням гормоны в голову шибают, точнее, не в голову, а в другое место.

— Не ему, — улыбаюсь, качая головой. — Он старше.

— Тогда тем более не торопись, — Аннушка становится серьёзной.

— Не буду, — киваю ей так же серьёзно. — Спасибо за совет.

— Не за что, — Аня смотрит на меня с интересом. — У тебя ведь практика началась несколько дней назад? Как тебе работается?

— Да ничего, — пожимаю плечами, заканчивая резать овощи.

— Маруся упоминала, что Алекс со знакомым владельцем юридического агентства договорился?

— Детективного, — поправляю её, — ты что, не в курсе? Это же Богатырёв.

— Что?! — Аня разворачивается ко мне. — Полкан Богатырёв?

— Ну да, — растерянно гляжу на неё, — я думала, ты знаешь.

— Понятия не имела, — она улыбается и качает головой, — вот ведь… козы, ни слова мне не сказали.

— Кто?

— Мари с Марусей, — машет рукой Аня. — Из-за чего, спрашивается? Хотя мы вообще-то и не обсуждали это особо, так что ладно уж… Ну и как он?

— Нормально, — хмурюсь, а потом всё же решаюсь спросить: — Ань, вы же… ну… встречались…

— Было дело, — Аннушка пожимает плечами, — хотя я бы даже не назвала это «встречались». Несколько свиданий, да и то я ему сразу сказала, что ничего у нас не выйдет.

— Почему? — кидаю на неё взгляд, который, видимо, выдаёт сжигающее меня любопытство.

Я-то думала, у них всё было значительно серьёзнее.

— Ну… — она пожимает плечами и прищуривается, — а почему ты спрашиваешь?

— Извини, — тут же сдаю назад, — не хотела ничего выпытывать, это ведь личное…

— Да нет, всё нормально, — Аня немного проказливо улыбается, — наверное, я уже тогда, с самого начала чувствовала, что Никита не просто так треплет мне нервы.

Сдерживаю ухмылку. Если исходить из этого, то, пожалуй, у меня ещё не всё потеряно. Вопрос только, кто кому больше треплет нервы — я Полкану или он мне.

После выходных я тороплюсь на работу, но в понедельник Богатырёв так и не появляется. Как и во вторник. Хоть он и говорил, что его не будет неделю или чуть больше, я не могу перестать переживать, что могло его задержать.

А в среду мне становится не до того. Потому что Павел Сергеевич по каким-то одному ему известным причинам решает перевести меня к довольно молодому специалисту, которого все в агентстве называют опером.

— Это потому, что я и был оперативником угро совсем недавно, — охотно объясняет мне Максим, с которым мы быстро перешли на ты, — знаешь ведь, чем занимаются оперуполномоченные в уголовном розыске?

— Опрашивают свидетелей, — киваю ему, — обследуют место преступления, доказательства собирают.

— Всё верно, — улыбается Макс. — Я под началом Полкана Игоревича служил, когда он в Управлении работал. Потом он перевёлся, как подпола получил…

— Что? — непонимающе смотрю на него.

— Ну, звание подполковника ему дали, следующее после майора, — поясняет мне Макс, — и он перевёлся. А через пару лет вернулся уже полковником.

— Так быстро? — задумчиво покусываю губу. — Вроде бы для этого больше времени надо?

— За особые заслуги могут раньше давать, — пожимает плечами мужчина. — Ну и ушёл на гражданку, меня позвал к себе работать. Так, короче, Алин, смотри, — показывает мне две фотографии, — есть у нас тут один товарищ, которого я пасу некоторое время. Этого кекса жена нам заказала.

— В смысле?! — вперяюсь в него испуганным взглядом.

— Тьфу ты, Алин, — машет на меня рукой Макс, — подозревает его в шашнях на стороне. Развестись хочет, а сначала подловить, чтоб не отвертелся! Или может кусок побольше оттяпать.

— Так при разводе суду ведь неважно, кто изменил, — смотрю на него непонимающе. — Причиной может быть, понятно, но это не повод делить имущество в пользу «пострадавшей» стороны. Там же другое значение имеет.