Высокий. Широкоплечий. Темная куртка натянута на плечи, созданные, чтобы нести больше, чем положено. Волосы — каштановые, чуть длиннее, чем нужно, падали на лоб, как будто он уже десяток раз за день запускал в них руку. Его глаза глубокого, грозового оттенка серого скользнули по залу и остановились на мне.

Сердце сбилось с ритма, предательски ни с того ни с сего.

— Папа, — сказала девочка, потянув его за рукав. — Здесь пахнет… как печеньем, книгами и осенью.

В её голосе звучало благоговение. Его губы чуть тронула улыбка, будто он не смог сдержаться.

Я поспешно поставила кружку и вытерла руки о фартук.

— Добро пожаловать, — сказала я ровно, хотя внутри всё дрогнуло. — Вы у нас впервые?

Девочка нетерпеливо закивала. Он — нет. Просто продолжал изучать меня с тихим, пристальным вниманием, от которого одновременно хотелось пригладить волосы и спрятаться за стопкой романов.

— Лана хотела зайти, — наконец сказал он. Голос у него был низкий, теплый, с легкой хрипотцой — и я поймала себя на мысли, как бы он звучал в темноте.

Лана. Имя ей шло — яркое и любопытное.

— Что ж, Лана, — сказала я, чуть присев, чтобы оказаться с ней на одном уровне. — Исследуй сколько хочешь. Вон там у нас отдел для юных читателей. Фэнтези, приключения, немного классики.

Ее глаза расширились и она тут же умчалась, косички подпрыгивали за спиной, пока она исчезала между стеллажами.

А я осталась с ним.

Он задержался у прилавка, облокотившись о дерево ладонью с заметными шрамами, но твердой и уверенной. Его взгляд скользнул по полкам, а потом снова вернулся ко мне.

— Вы одна ведете это место?

— Да, — кивнула я. — Только я.

Он изучал меня чуть дольше, чем было удобно.

— Это смело.

Слово легло на душу тяжелее, чем я ожидала. Смело. Не тот комплимент, который я слышу часто — не тогда, когда моя смелость всегда была тихой. Оно согрело и смутило одновременно.

— Или упрямо, — поспешила я ответить с натянутой улыбкой. — Смотря кого спросить.

Его губы снова чуть изогнулись.

— Иногда это одно и то же.

Прежде чем я успела ответить, колокольчик снова зазвенел, впустив порыв холодного октябрьского ветра и женщину в красном шарфе. Она коротко улыбнулась мне и направилась к витрине у входа, проводя вязаной перчаткой по стопке новинок.

— Извините, — позвала она через минуту. — У вас есть новый детектив Элайзы Крейн?

Я вышла из-за прилавка, кардиган мягко коснулся колен.

— Да, он пришел вчера, — я сняла с полки свежий экземпляр и протянула ей. — Здесь она в своей лучшей форме — интрига до самой последней страницы.

Глаза женщины засветились.

— Отлично. Беру.

Я пробила покупку, положила книгу в бумажный пакет и передала ей. Она поблагодарила меня, и колокольчик снова звякнул, когда она исчезла в холодном утре.

Когда я обернулась, он все еще смотрел на меня. Не навязчиво — просто с той самой спокойной наблюдательностью.

— У вас это выходит легко, — сказал он.

— Что, продавать книги? — я подняла остывшую кружку, мечтая о свежем чае.

— Заставлять людей чувствовать, будто они здесь на своем месте.

Эти слова застали меня врасплох. Я прочистила горло, стараясь перевести разговор в более безопасное русло:

— Так… вы живете в городе?

Он помедлил, словно решая, чем поделиться.

— Да. Уже несколько лет. Работа держит в тонусе.

В его голосе было что-то осторожное — не закрытое, но взвешенное, как будто он не привык раздавать кусочки себя направо и налево.

Из глубины магазина донялся смех Ланы — звонкий, беззащитный. Глаза мужчины сразу смягчились, грозовая сосредоточенность сменилась теплом.

Что-то острое и неожиданное кольнуло меня в грудь. Я быстро отвела взгляд, пальцы сильнее сжали кружку, словно в ней все еще оставалось хоть немного тепла.

— Кофе? — выпалила я прежде, чем успела себя остановить. — У нас всегда стоит свежий для клиентов. Или чай, если хотите.

Он снова внимательно посмотрел на меня — глаза цвета грозового неба скользнули к кружке в моих руках, потом вернулись к лицу. И когда угол его губ чуть дрогнул вверх, это было похоже на первую искру, вспыхнувшую в сухих дровах.

— Кофе, — сказал он. — Черный.

Я налила ему кружку кофе из маленькой турки за прилавком. Аромат наполнил воздух — резкий, гуще запаха пряных свечей у окон. Он принял кружку, кивнув, и его рука на мгновение коснулась моей. Жар взметнулся вверх по руке, хотя его лицо не выдало ничего.

Прежде чем я успела что-то сказать, голос Ланы раздался снова:

— Мисс? Поможете мне?

Я пошла на звук и нашла её перед средней полкой — она стояла, скрестив руки, и выглядела так, будто собиралась вести серьезные переговоры.

— Конечно, — я присела рядом. — Что ты ищешь?

Она пожала плечами, но глаза сияли.