– Хороша, – выдыхает мажор, – меня тащит пиздец… вчера Олька звонила. Просила о встрече…
– А ты чего?
– Нахуй её. И папашу моего тоже. Пригрел шлюху… – выплевывает Мишка.
У него с мачехой очень сложные отношения.
– Когда-нибудь тебе придется с ним поговорить.
– Надеюсь, нет. Ладно! – он потирает руки. – Поеду заказывать столик в лучшем ресторане. Нужно впечатлить нашу рыжулю!
Глава 10
Выйдя из офисного здания, направляюсь к машине. Этот опыт, который мы втроем вчера пережили, что-то во мне изменил.
Я никогда не делил женщину с кем-то. Мало того, был до жестокости ревнивым. Именно эта ревность стоила мне наследства и любви отца. Хотя последнее всегда было под вопросом.
А вот маленькая рыжуля одним своим присутствием успокаивает. Я обо всем забыл, стоило мне увидеть крошку в баре. Она так воинственно рассказывала о том, что ее «пирожок» не нравится мужчинам… я не выдержал и привёз ее к себе с намерением как следует трахнуть.
Хотя в первую очередь мне было интересно, покажет ли она мне свой «дефект» или нет. Но Ксюша выпила уже достаточно много, чтобы осмелеть и спустить при мне трусики…
Вот тогда-то я покой и потерял! Её киска – само совершенство! Гладенькая, розовая и пухленькая.
Однако рыжая бестия просто упала на мою постель и заснула. А я не животное, чтобы трахать спящих.
Сажусь в машину, закуриваю. Усмехаюсь.
Свидание…
Мишка Белов такой хуйней не занимается. Тёлочки сами падают на мой член. Но с Ксюшей всё пошло по одному месту. И мой товарищ, наставник и друг Ванька поплыл по полной.
Завожу мотор, еду к себе домой. Но сначала в ресторан. Ставлю тачку напротив небольшого стильного здания. Напевая что-то себе под нос, захожу внутрь.
– Михаил Петрович, – подбегает управляющая, трясет большими сиськами, – какими судьбами к нам?
– Столик на троих на полдевятого. Чтобы к нашему приезду было готово лучшее белое вино, клубника и закуски.
– Хорошо, всё будет сделано. Тут Марьяна Степановна приезжала…
Горло тут же сдавливает. Мачеха…
– Что ей нужно было? – спрашиваю равнодушно.
– Спрашивала, где вы. Я дала ей ваш новый адрес.
– Нахуя? – зло цежу. – Кто тебя просил, Алёна?!
– Пр…ростите… я не знала…
– Блядь! В общем, к вечеру чтобы всё было в лучшем виде. И официант мужского пола.
– Хорошо.
Сажусь в машину и долго курю. Марьяна… мачеха… и моя бывшая любовница. Срываюсь с места в надежде, что эта двуличная тварь еще не наведалась в мою берлогу.
Та, что разрушила мою семью. Настроила отца против меня и заставила его лишить меня наследства.
Ставлю машину на парковку и бегу в квартиру. Но дверь оказывается не заперта… толкаю её, захожу. Напряженный, злой. Попадись мне, сука…
– Здравствуй, Миша, – раздается такой знакомый голос.
Когда-то я наивно думал, что она любит. Был готов пойти против отца. Лишь бы быть с ней. Стискиваю руки в кулаки.
– Марьяна Степановна, – рычу, внимательно наблюдая за этой женщиной.
Ангел во плоти. В струящемся бежевом платье, с огромным животом. Значит, папаня преуспел.
– Я скучала, – тихо говорит, затем поднимает на меня свои большие синие глаза.
Раньше я в них тонул. Был готов на всё ради такого нежного взгляда. А теперь вижу лишь фальшь и пустоту.
– Чего надо? – грубо спрашиваю. – Говори и выметайся, у меня дела.
– Я слышала, ты решил стать массажистом… – удар под дых.
Об этом знали лишь я, Ваня и мой лучший друг Толик. Видимо, уже не лучший и не друг.
– Отец готов поговорить, – произносит так, словно это я виноват в нашем конфликте.
– А я нет, – честно отвечаю, – у тебя всё?
Она всё так же безупречна. Жена олигарха. Одетая с иголочки. Стильная. А теперь и беременная.
– Поздравляю с пополнением, – холодно завершаю этот бесполезный диалог.
– Спасибо. Но тебя не хватает, Миш… – она делает шаг ко мне, я стою, с презрением смотрю на эту женщину, – мы же семья.
Сейчас Марьяна делает вид, словно это я ошибся. Как и тогда, когда отец нас почти застукал. Меня на ней. Год назад, на моей прошлой квартире. Сука, я уже почти сунул в неё член.
Меня слушать не захотели.
Официальная версия: сын мудак решил увести у отца красавицу жену. А как она жопой передо мной вертела? А как на член горлом насаживалась? Я этим не горжусь, был одержим.
Но тащить эту хуйню один тоже не хочу.
– Ты и я не семья, и никогда ею не будем. Свали, пока я охрану не позвал! – рычу, слетая с катушек.
– Зря ты так, – она пытается меня коснуться, но я бью эту женщину по руке.
– Убирайся!
Марьяна выскакивает из квартиры, со всей силы херачу дверью. Надеюсь, она успела убрать пальцы. Меня всего колотит. Как она смеет заявляться ко мне после того, как сама же и оклеветала?