Пожимаю плечами.

- Ты тоже не сказать, чтобы сильно радостный.

- Из-за девчонки? - спрашивает Ваня.

Киваю.

- Ты тоже?

Он, секунду помедлив, тоже кивает.

- Из-за девчонки.…

Мы молчим дальше. А что тут скажешь? Женщины - зло.

Я допиваю свой американо. Думаю ехать дальше. Но тут Ваня выдает:

- Есть одно дело....

- Что за дело? Может, помощь нужна?

- Чё, Песец, возбудился? - ржет Ваня.

Я тоже улыбаюсь.

Чую, дело пахнет керосином. А мне это как раз и нужно. Отвлекусь, развлекусь. Выброшу из головы Эсмеральду.

- Надо одному мудаку рожу набить, - произносит мой старый друг.

Примерно так я думал, почему-то.

- Это я всегда с удовольствием.

Если честно, вообще не помню, когда дрался по-настоящему, не на ринге. Как-то повода не было в последние… лет семь, наверное.

Последняя драка была здесь, на родине. Когда мы с пацанами замахались с какими-то отбитыми гопниками. Мы им наваляли, естественно.

И сейчас, вспоминая об этом, я чувствую прилив адреналина в крови.

Драка - это круто. Драка - это по-мужски. Это способ почувствовать себя живым и настоящим.

- Чё, повеселее, стало? - скалится Ваня.

- Так заметно? - ухмыляюсь я.

И мы с ним выходим с заправки.

- Бить буду я, - говорит Ваня. - Один на один.

- Понял.

Уже не так интересно. Но ладно. Ваньке виднее, как все должно быть. Это его война.

- А ты это.… останови меня, если что, - продолжает он.

- Если что?

- Если я его совсем убивать начну.

- Понял.

Остановлю, чего не остановить-то. До криминала доводить не будем. Так, немного попугаем мудака.

Что за мудак - не спрашиваю. Захочет - сам расскажет. Раз дело связано с девчонкой, скорее всего, соперник.

- Ну все. Теперь и мне повеселее стало, - признается Ваня.- Теперь я не боюсь его убить.

***

Мы подъезжаем к какому-то дому. Ваня тормозит, я тоже. Мы паркуем байки. Он разъясняет мне план:

- Я ему звоню. Он выходит. Я с ним базарю. Ты пока не отсвечивай. Я сам.

- Понял, - в который раз повторяю я.

В этот момент справа от нас появляются некие чувачки. Все такие на спорте, идут с видом: мы тут на районе самые крутые перцы.

Ваня смотрит на них.

- О, Платоша пожаловал. И звонить не надо.

- Платоша, значит.… Который из трех?

- Левый. План меняется.

- Понял.

Я разминаю плечи и поудобнее сжимаю руки в кулаки.

Кирилл

Ваня ничего не говорит. Он просто подходит к Платону и сразу бьет его в челюсть. Тот, не растерявшись, бьет в ответ.

Два его друга в недоумении переглядываются. Потом оба смотрят на меня. Я встаю в боевую стойку. Они тоже демонстрирует готовность разогнать адреналин и тестостерон.

Ваня лупит своего соперника, все больше ожесточаясь. Видно, что вкладывает душу в удар. Походу, очень ему этот Платон насолил.

Два друга Платона, один такой весь квадратный, второй носатый, начинают активно наступать на меня. Носатый делает выпад с прямым ударом. Я уворачиваюсь. Квадратный демонстрирует хук. Задевает меня по касательной. Я провожу блестящий боковой. Попадаю в корпус.

Все на лайте. Все чинно-благородно. Как на ринге. Только их двое, а я один.

Но парни ведут себя по-джентльменски. Дают возможность ответить. Я, блин, чувствую себя главным героем боевика. Где следующий злодей не нападает, пока доблестный боец не разобрался с предыдущим.

- Чувак…. - обращается ко мне квадратный между ударами.

- Чё?

- А не подскажешь, по какому поводу махач?

- Да я сам не в курсах…

- Ясно.

И он снова бьет.

Я отвечаю. Наш культурный махач продолжается.

Но тут носатый внезапно влезает без очереди. Я от неожиданности теряю равновесие и оказываюсь на коленях. Не успеваю вскочить - как мне прилетает коленом в подбородок.

Охренеть.… Чё за дела? Это носатый, собака, применяет запрещённые приемы.

Я вскакиваю и и смачным оверхендом бью ему кумполу.

- Э, ты чё так завелся? - орет он.

- А ты какого хрена творишь?

- Прописал тебе в табло, - ржёт носатый.

- Сейчас ещё я пропишу, - ухмыляется квадратный.

- Это против правил!

- Мы не на ринге.

Вот оно значит как… Не на ринге. То есть правила соблюдать не обязательно.

Оказывается, до этого был не махач. Настоящий махач начался только сейчас.

Мы с квадратным и носатым месимся, с каждым ударом зверея все сильнее. Я бью квадратного в пах, носатый целится мне в глаз, но промахивается. Зато квадратный проводит запрещённый по шее так мощно, что у меня перехватывает дыхание.