— Чего ты хочешь от меня? — прямо спросил короля.

— Прими правление. Уже сейчас я вижу, что вы вдвоем справляетесь лучше нас. Элария станет чудесной королевой, своей женской мудростью она умело смогла добиться прогресса от нашего, казалось бы, насквозь прогнившего общества. Начала работу в школах и ведет популярные встречи…

Он даже сейчас говорил только о моей супруге, но не слова не проронил про меня. Впрочем, я давно смирился с его позицией, и считал благом его желание отказаться от трона. Спорить и что-то доказывать тому, кто до сих пор не считал меня за человека, не было ни малейшего желания.

— Хорошо, — кратко кивнул я.

Король выдохнул. Я только сейчас заметил, что во время разговора он сидел напряженный как струна.

— Коронацию назначу через месяц. Но уже завтра мы с твоей матерью покинем континент.

У меня есть мать? Честно говоря, я уже забыл о ее существовании.

— Желаю вам обоим насладиться обществом Тауриона, — выдавил из себя улыбку, ощущая, как внутри вновь поднимается утихший гнев. Зверь поднимал голову, недовольный словами отца.

Король приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но захлопнул его, а потом встал и отвернулся к окну. Сейчас эльф выглядел очень уставшим и постаревшим. Его белые волосы рассыпались по сгорбленным плечам. За толстым стеклом бушевала летняя буря, так часто наведывавшаяся в столицу в этом месяце. Она ломала деревья, кружила непрочные сооружения, вырывала с корнем хилые деревья.

Аудиенция владыки была закончена.

Я отвернулся и тихо вышел из кабинета отца.

Утром все волнения утихли, природа успокоилась, и король с королевой покинули дворец навсегда, передав правление в мои руки.

На коронацию собрался весь эльфийский свет. Зал заполнили все те, кто когда-то презирали меня, а сейчас были вынуждены склонить голову перед правителем. Я внимательным взглядом прошелся по их макушкам, в очередной раз отмечая тех, кто имел мятежный взгляд или особо недовольное выражение лица. К сожалению, таких еще оставалось очень и очень много, но благодаря врожденной хорошей памяти, я запоминал эти лица, чтоб потом провести с ними разъяснительную работу.

Моя маленькая Эл сидела на троне рядом, идеальная, как и всегда. Я поражался как ей удается сочетать в себе игривую тигрицу в постели, колючую Ежевичку в жизни и мягкую светскую леди, способную влюбить в себя весь эльфийский двор. Когда пришло время возложить венец, она не шелохнулась, позволяя ободку опуститься на ее каштановые волны волос так, будто это было самим собой разумеющимся, словно человечка была рождена для того, чтоб носить эту корону.

Она говорила, что прошла специальное обучение в пансионе благородных девиц, но мне думалось, что Элария была рождена такой. Мудрой, пылкой, рассудительной… моей. Недостающая половинка, самая родная на всем свете.

Мы стояли друг напротив друга, пока ответственный эльф толкал пылкую речь о будущем короле. Я смотрел на свою Ежевичку, привычно ловя недовольное урчание Зверя. Он не хотел быть здесь, посреди толпы эльфов и чувствовать на себе сотни ненавидящих взглядов недоброжелателей. Он разберется с ними. Потом. Единственное его желание сейчас — поскорее оказаться в кровати с женой. И здесь я был с ним полностью солидарен.

— Дрэг, — шепнула она, когда венец водрузили мне на голову. Элария смотрела ясным шоколадным взором, выискивая на моем лице что-то свое.

— Да, любимая?

В последнее время Эл стала немного рассеянной, и, кажется немного набрала вес. Меня это ни чуточки не смущало, только радовало, что хрупкая женушка обретает более выразительные формы. Зверю тоже нравилось.

— Я беременна.

Вокруг раздались оглушительные взрывы салютов за окнами замка и хлопушек в самом помещении. Я глупо моргнул. Беременна? Так скоро? Ведь обычно у эльфов уходят годы, чтобы…

— Скажи уже что-нибудь! — надулась Элария, поджав губы.

Дар речи меня покинул. Я сделал шаг вперед, бережно подхватил супругу на руки и закружил прямо на красной дорожке, украшенной лепестками роз. А потом поцеловал, наплевав на все протоколы и этикеты.

— Спасибо, любовь моя. Спасибо, что выбрала меня.

Газета «Эльфийский вестник».

На следующий день после скандального бала известный журналист Лориэндэль Ростиэль рассказывает нам самые свежие сплетни: