Со Зверем невозможно договориться, он просто хочет и берет, никого не спрашивая. Но ведь Эл не чувствует страха, тогда почему я так к нему отношусь? Я смотрел, как моя женщина снова возвращается в головке, беря ее в рот, как могла глубоко, ее ритмичные четкие движения взывали к самым низменным частям моего сознания, в голове проносились фантазии: одна порочнее другой. И в каждой из них я был Зверем.

Не хочу! Желаю насладиться каждым ее вздохом, всхлипом и криком, когда она будет стонать подо мной, прямо здесь, в библиотеке!

— Ах-р-р! — вырвалось из горла. Эл смаковала меня как самый вкусный эльфийский леденец. Я инстинктивно двигал бедрами вверх, стремясь войти глубже, но она не давала. Ласка превратилась в томительную нескончаемую муку. На лбу выступила испарина, древесина на краю стула треснула — так сильно я вцепился в нее слева. Вторая моя рука нежно поглаживала волосы Эларии, путаясь в прядях, направляя в нужную сторону. Жена скользнула по стволу зубами и это стало какой-то точкой невозврата. Щелчком, после которого необходимо остановиться. Или кончить. Я выбрал первое.

Дневники и книги полетели к чертям, подхватил супругу под бедра. Сегодня на ней было удобное платье, которое не пришлось рвать. Отодвинул насквозь мокрые трусики в сторону и вошел одним махом, вглядываясь в бездонные шоколадные глаза.

— Да! — всхлипнула она, сильнее обхватывая меня ногами. — Будь со мной, Дрэг!

Я не мог этого пропустить. Ее спутанные пряди, частое дыхание, расширившиеся зрачки, в которых размеренно двигалось мое отражение. Она задрожала, сжимая меня в судороге наслаждения. Легкая передышка.

Но мне было мало! Насущная потребность в Эларии, зверский голод, моя безумная мания только сильнее толкали вперед, приказывая продолжать двигаться ровными сильными толчками, выбивая изо рта супруги восторженные стоны один за одним. Я впал в кураж, раскалился до белого каления, уподобился ненавистному мною Зверю, сам стал им. Содрал с себя рубашку, избавляясь от ненужной одежды, увидел промелькнувшее на лице супруги одобрение, когда она потянулась вперед и провела ладошкой по прессу, скользнула по рельефу вниз, а потом положила пальчики себе на промежность и начала двигать ими, выгибаясь в пояснице. Ну уж нет! Здесь за оргазмы отвечаю только я!

Поймал ее руку, под протестующий вздох положил над ее головой, жестко зафиксировал, не давая вырваться.

Эта поза дала нам обоим, чего так не хватало. Я стал вбиваться в нее как сумасшедший в животном порыве утолить свою жуткую жажду, придерживая ее руки над головой. В эту же секунду она снова начала вздрагивать, сильнее сжимая член внутри. Ей нравилось, когда я так делал. А раз нравилось, я был намерен продолжать!

— Ты сама меня соблазнила, Ежевичка, — шепнул ей на ушко, кончая внутрь.

Она снова начала дрожать, закусывая губы от удовольствия.

— А я и не жалуюсь, Дрэг. Отнесешь в ванную? — хлопнула ресницами эта чертовка. Что ж, к этой роли носильщика маленькой Эл можно и привыкнуть. Накинув рубашку, потащил свою добычу в берлогу. Зайдя, не узнал собственную гостиную. Она вся была завалена различными свертками в плотной коричневой бумаге, коробками, маленькими мешочками. Рядом с ними возвышалась вешалка с закрытыми чехлами.

— О! Моя новая одежда приехала. Здорово!

Я приподнял бровь.

— Кружевное белье там тоже есть?

Эл рассмеялась.

— И не только! Еще чулки, подвязки и прочие женские радости. Только знаешь, что, Дрэг?! Их лучше не разрывать, они стоят целое состояние! — пожурила жена.

— Я покупаю — мне и рвать, — меланхолично отозвался в ответ.

Она насупилась, напоминая маленького злого хомячка.

Кажется, я нашел маленькую слабость Эл. Красивые наряды и эльфийские кружева, а я-то думал у нее нет ни одного уязвимого места! Но это не страшно, с моим доходом жена может не просто заказывать белье, но и скупить все лавки, продающие его, а заодно и мануфактуры по изготовлению драгоценного тонкого кружева.

Обилие коробок и рейка с платьями напомнили мне о том, что бал состоится очень скоро. Осталось два дня. Благодаря стараниям супруги я научился сносно танцевать, по крайней мере, когда на первое место выходил Зверь, я был неподражаем по ее заверениям. Правда, я был не уверен, что речь шла именно о танцах. Но перед отцом и светом аристократии не следовало показываться, если ты далек от идеала. Основная проблема заключалась в огненной магии.

Я продвинулся не так далеко, как планировал. Пламя, подаренное Эл, было мощным, даже слишком. Если в первое время мне показалось, что оно будто создано для меня, то чем дальше заходили тренировки, тем сложнее его было контролировать.

Порой шарик огня выходил не того размера, который я планировал, и улетал совсем в другую сторону.

Когда я представлял, что это повторится на балу, кишки скручивало в узел. Я привык к издевательствам со стороны эльфов, но Эл этого не заслужила. Быть заклейменной женой Принца Гоблина, неспособного обуздать магию… Что может быть хуже?