Любовный напиток попаданки, или Все дело в пузырьках! Страница 39 из 73
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 39 из 73

Внутри монастыря царит атмосфера умиротворенного труда. Мы проходим через яблоневый сад, где пчелы лениво жужжат среди спелых плодов, мимо грядок с травами и яркими луговыми цветами. В воздухе пахнет дымом, зеленью и свежеиспеченным хлебом.

Обеденный зал просторный и прохладный. Длинные дубовые столы, скамьи. Сестры молча рассаживаются. Мне предлагают воду и полотенце, чтобы умыться с дороги. Вода в медном тазу ледяная и пахнет мятой. Еда простая: грубый хлеб с хрустящей корочкой, свежий творог с зеленью, тушеные овощи, орехи, мед. Ем, и кажется, что с каждым кусочком во мне становится больше тишины и меньше страха.

После трапезы ко мне подходит та же женщина.

— Матушка София готова вас принять, — говорит она. — Пойдемте.

Горькая правда

 Раньше мне никогда не доводилось бывать в подобных местах, вдруг я скажу или сделаю что-то не то? Хотя, в глубине души есть такое странное ощущение спокойствия и уверенности, что тебя любят и примут. Наверное, не зря эту богиню называют Первоматерью, действительно, есть от нее ощущение дома.

Мы идем через яблоневый сад. Тут, в низине, да еще и рядом с озером, плоды поспевают быстрее. Ветви клонятся к земле, усыпанные крупными розовыми с мелкими желтоватыми черточками плодами. Кроме нас никого нет, в саду тихо. Но тишина кажется живой, наполненной шепотом листьев, стрекотом цикад, вздохами земли. И пахнет так сладко.

Меня провожают к небольшому домику, буквально как беседка размером. Никакого коридора или чего-то вроде этого нет, за дверью сразу открывается небольшая, аскетичная комнатка, уставленная свитками и книгами, на подоконнике букет лаванды. За столом, спиной к нам сидит женщина.

— Да-да, сейчас, — говорит она неожиданно молодым голосом и поворачивается.

Я ожидала увидеть древнюю старушку, покрытую морщинами, как картой прожитой жизни, с мудрыми, уставшими глазами. Но матушка София оказалась молодой женщиной, лет тридцати, не больше. Высокая, стройная, с лицом чистых, холодных линий и большими серыми глазами, в которых читалась не старческая мудрость, а спокойная, почти отстраненная ясность. Руки изящные, но сильные, с плотными подушечками мозолей, говорящими, что настоятельница не чурается ручного труда.

— Приветствую тебя. Чем могу помочь?

Замираю, чувствуя себя неловко и глупо перед этой невозмутимой женщиной. Мне сразу начинает казаться, что я потревожила ее по пустякам. Странно, но общение с примаром, который по идее управляет всем городом, у меня таких эмоций не вызвало. Чтобы унять дрожь, протягиваю ей кувшин с кристаллами, который послушница отдала мне по дороге.

— Меня зовут Люба. Я из Нектарника Ветрогорья. Мне посоветовали обратиться к вам по поводу этих камней. — Свет из оконца падает на кристаллы, заставив красные прожилки тлеть, как угольки. — Честно сказать, мне кажется, они очень опасны.

Правда, ни примар, ни послушница, спокойно отправившая их греть местный яблочный уксус, не казались безумцами. Впрочем, может, в их глазах я выгляжу дикаркой, пугающейся аналога лампочки или плиты? Ох уж эта магия.

София берет горячий кувшин, обернутый толстой холстиной, и заглядывает внутрь.

— Огненные кристаллы редкой чистоты. Храм будет рад приобрести их. Высокую цену я не дам, но зато тебе не придется самой искать покупателя. — Она откладывает кувшин и тепло смотрит на меня. — Но, полагаю, не только за этим ты проделала такой путь?

Ее прямота подкупает и одновременно пугает. Но я так устала от бесконечных подозрений и переживаний, что слова льются из меня сами, подгоняемые сомнениями и страхами. Я рассказываю ей все. О портале, о заброшенном саде, о первом пригоревшем сиропе и сбежавших саламандрах. О странной магии, что просыпается во мне от прикосновений Нико. О следах незнакомца и подброшенных в очаг камнях. Я говорю сбивчиво, касаясь то одного, то другого, и сама слышу, как безумно это все звучит со стороны. София слушает, не перебивая, лицо кажется невозмутимым, но мне видится какой-то проблеск в глубине ее глаз.