После танца Фил уводит меня в зимний сад. Наверное, тут совершенно очаровательно, когда стеклянный купол запорошен снегом, а внутри бушует зелень и журчит фонтан. У стены стоит официант с таким непроницаемым лицом, что кажется частью интерьера. Фил берет у него с подноса пару бокалов нектара, густого, сладкого, с терпким послевкусием.
— Ваш конкурент, — подмигивает он.
— Не думаю, что мои лимонады могут соревноваться с этим, — признаюсь я.
Фил наклоняется ближе:
— В вас есть что-то особенное, Люба. Я почувствовал это как только увидел как вы выходите из портала.
Его губы уже совсем близко, но я отстраняюсь:
— Мы едва знакомы, господин Гатри.
— Фил, — поправляет он. — Могу я навестить вас?
Я киваю, чувствуя странное смешение радости и тревоги. В этот момент к нам подходит высокая девушка в платье цвета спелого граната. Ее холодные глаза скользят по мне.
— Мчари Рата, — представляется она. — Я слышала, вы теперь хозяйка старого нектарника? Как забавно. Я прекрасно знаю те места, там находится поместье моего жениха, Таррико.
— Таррико? — переспрашиваю я. Имя звучит знакомо, но я не могу вспомнить, где его слышала.
— О, он очень скромен, — Мчари усмехается. — Редко появляется на людях. Предпочитает свои виноградники.
Я вежливо улыбаюсь, но внутри что-то неприятно щемит. Фил ловко переводит разговор, и вскоре Мчари удаляется с таким видом, будто сделала мне одолжение, просто заговорив. Остаток вечера проходит в вихре танцев и бесед. Фил не отходит от меня ни на шаг, и я ловлю себя на мысли, что мне нравится его внимание и восхищенные взгляды.
Когда экипаж увозит меня обратно, я откидываюсь на сиденье, закрываю глаза. Образы вечера мелькают перед глазами: блеск люстр, вкус нектара, теплые руки Фила в танце. И это странное чувство, когда Мчари говорила о своем женихе. Будто я упускаю что-то важное. Экипаж подпрыгивает на ухабе, и я открываю глаза. В темноте ночи замок Гатри уже почти не виден, только огни в окнах мерцают, как далекие звезды.
Я не знаю, что ждет меня завтра. Но одно ясно точно: в Гарсте все оказалось куда сложнее, чем я могла представить.
Помощники
Утро начинается с того, что я просыпаюсь от странного шума на крыше. Открываю глаза и несколько секунд просто лежу, слушая, как что-то мелкое и шустрое барабанит по черепице. Вставать лень, и я пытаюсь устроиться поудобнее, чтобы доспать, но теперь уже не могу думать ни о чем, кроме как о странном шуме. Белки там, что ли, бегают? Или падают какие-то плоды, а может, ветер стучит ветками? Нужно непременно выяснить в чем дело, просыпаться так каждое утро (и даже не каждое) я вовсе не намерена.
— Ладно, встаю, — недовольно бормочу я, но все-таки отрываюсь от подушки.
Солнце уже высоко, и сквозь щели в ставнях пробиваются золотые лучи, рисуя на полу причудливые узоры. Я потягиваюсь, и все мое тело тут же напоминает о том, что дома я пренебрегала активной физической работой: руки ноют от прополки грядок, спина кричит от бесконечных наклонов, а ноги… Впрочем, ноги, натанцевавшись вчера, никаких признаков неудовольствия не выказывают. Ну хоть на кого-то можно положиться.
— Хорошо бы еще деньков десять поспать, — вздыхаю я, но тут же сползаю с кровати.
Сад не будет ждать. Ничто так не способствует пробуждению, как мысль о неимоверно приятных и не исключено, что даже великих делах, запланированных на день. А я готова горы свернуть!