Любовный напиток попаданки, или Все дело в пузырьках! Страница 13 из 73
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 13 из 73

Внимательно осматриваюсь и прислушиваюсь, а потом, догадавшись, задираю голову и разглядываю потолок. А пыли-то, пыли. Но хоть в воздухе живчиков нет. А вот на подоконнике в глиняном горшке с чахлым адганским кактусом что-то копошится. Подхожу ближе и вижу ещё двоих. Они зарылись в землю, оставив снаружи только сверкающие спины, и теперь, кажется, спят, укутавшись в корни. Кактус над ними… зеленеет. Не то чтобы цвел, но явно выглядит живее, чем вчера.

— Ладно, — говорю я вслух, потому что иначе точно сойду с ума. — Ладно. Кошки, значит, рожают котят разного цвета, а саламандра может родить малышей разных стихий? Правда, не в одинаковом количестве. Огненных у меня, вон, полный очаг, а водных и земляных совсем чуть-чуть. Интересно, это потому, что они более редкие или просто забавы генетики? Мама-то огненная. А папа? У них вообще есть папа?

Мама-саламандра шипит в ответ, будто смеётся.

Сажусь на пол посреди кухни, обхватив голову руками.

— Ну и что с вами делать? У меня ведь нектарник не восстановлен, сад только начал оживать, а про дом и завод я вообще молчу. А тут целый питомник волшебных ящериц.

Но в груди — странное тепло. Предвкушение. Ожидание чего-то волшебного и благодарность за случившееся со мной чудо.

— Что ж, раз уж вы здесь, давайте разберёмся. Первым делом завтрак.

Для себя я на скорую руку завариваю чай из местных трав, которыми поделилась Гела. А вот чем кормят саламандр? Или они пока маленькие и мама там сама обходится?

— Огонь есть, вода есть, — бормочу я, наблюдая, как огненные малыши с визгом ныряют в очаг, а водяные плещутся в кувшине. — А вам что? — обращаюсь к земляным.

Один из них выползает из горшка, потягивается и вдруг чихает прямо на пол. Там, где его крошечная лапка касается дерева, на мгновение прорастает травинка и тут же увядает.

— Понятно, — киваю я. — Вам нужна земля. Настоящая, а не из горшка.

Итак, какой у меня план на сегодня? Накормить и устроить всех саламандр. Подумать, почему их мама оказалась именно в моём разрушенном саду. Никому не говорить. Абсолютно. Потому что, если кто-то узнает, что у меня в доме живёт россыпь магических существ…

— В лучшем случае отберут, — шепчу я, глядя, как один из огненных малышей забавно чихает искрами. — В худшем…

Но тут мама-саламандра вдруг поднимает голову, смотрит на меня своими горящими глазами и медленно кивает.

Будто говорит:  «Не бойся. Мы твои».

И, чёрт возьми, я верю.

Приглашение

Работа над первой партией лимонада начинается с того, что я чуть не наступаю на огненного малыша, заснувшего прямо на пороге кладовки. Он фыркает, выдыхает в мою ногу струйку дыма и тут же сворачивается калачиком, будто ничего не произошло.

— Вот же бессовестные шмакодявки, — бормочу я, но всё равно осторожно обхожу его.

Кажется, день будет долгий.

Бутылки находятся быстро — целая гора пыльных, но целых стеклянных сосудов, оставшихся от прежних хозяев. Вот только мыть их приходится, как в сказке про конька-горбунка: сначала замачиваю от грязи и паутины в воде студеной, потом стерилизую в воде вареной, хорошо хоть без молока обходится. Пока набираю дров, да зажигаю очаг запариваюсь, как в бане. Маняще вспоминается река у дома Гелы.

Интересно, а у меня она тут где протекает? Будь я человеком, строившим нектарник у реки, я определенно постаралась бы использовать ее возможности в быту и производстве. Нет, ну как так можно работать? Хоть бы карту какую-то оставили или инструкцию. Может, зря я вообще ее искать затеялась?

Но тут из крана выскальзывает водяной малыш, тот самый, что вчера плескался в кувшине. Он прыгает прямо в таз с водой, крутится и взмахивает искристыми плавниками.

— Ага, я так понимаю, что ты-то воду нашел? Ладно, пока ограничусь освежающим душем, но мы с тобой еще сходим на разведку.