Развод с драконом запрещен Страница 65 из 68
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 65 из 68

Лицо Маши стало почти прозрачным, а глаза… в них больше не было привычного карего блеска. Только ртутное, кипящее серебро.

— Ардан, — прошептала она, и я увидел, как на стеклах кареты мгновенно расцвели ледяные цветы, полностью закрывая обзор. — Мне жарко. Почему мне так жарко?

Это был плохой знак. Когда ледяной маг говорит, что ему жарко, значит, сила выходит из-под контроля.

— Сейчас, милая. Сейчас, снежинка моя.

Я прижал её к себе, стараясь отдать всё свое тепло, всю свою драконью ярость, лишь бы согреть, лишь бы удержать.

— Дыши, Маша. Просто дыши. Мы почти на месте.

Озеро встретило нас звенящей тишиной. Но стоило мне вынести её на берег, как вода у кромки с тихим шорохом начала схватываться льдом. Не ровным и гладким, а острыми, рваными кристаллами, которые росли прямо на глазах.

— Клади её на плот! — лекарь Элиас выскочил следом, его зубы стучали так, что я едва разбирал слова. — Магия Источника поможет стабилизировать фон! Милорд, вам нельзя… вы же сгорите! Ваше пламя и её холод войдут в резонанс!

— Плевать, — отрезал я, опускаясь на колени рядом с ней на деревянный настил.

Маша выгнулась, и лёд мгновенно сковал воду до куда хватало взгляда.

— Началось! — закричал лекарь, пряча лицо в воротник шубы.

Я перехватил её руки. Мои ладони шипели, соприкасаясь с её кожей, как раскаленное железо в ледяной воде. Боль была адской, но я только крепче сжал её пальцы.

— Давай, Маша! — прорычал я, чувствуя, как мой дракон внутри беснуется. — Ты сильная.

— Если я…

— Я не позволю. Слышишь? Я. Тебе. Не. Позволю.

И в этот момент лед под нами запел. Озеро, почувствовав кровь своего истинного хозяина, отозвалось гулом из самой глубины…

Глава 55 Серебро

Глава 55 Серебро

Вокруг нас бушевал настоящий буран. Снежная пыль закручивалась воронкой, отсекая нас от берега, где темными статуями замер Совет. Плевать на них. Плевать на драконов, на корону, на Орден, на всё это гребаное Огнегорье.

В этот момент я ненавидел себя.

Дракон внутри меня скулил, припадая к земле, а я готов был выть в голос от осознания собственной ошибки.

Каким же я был самонадеянным идиотом! Там, на озере, когда я вытащил её — уже другую, с этим странным, колючим взглядом и чужим именем на губах — я ведь почувствовал. Мое нутро кричало, что правила изменились.

Надо было не играть в стратега. Надо было свернуть весь этот «следственный эксперимент», надо было прогнать Кайру, свернуть шею Грэю в ту же секунду, как только я его заподозрил.

Я должен был запереть Машу в самом теплом покое замка, обложить меховыми одеялами и не выпускать из своих объятий, пока этот маленький ледяной вихрь внутри неё не утихнет.

И сегодня.

Идиот. Зачем я заставил её сидеть за этим проклятым столом, держать спину и отвечать на вопросы⁈

— Маша, — я прижался губами к её мокрому от холодного пота лбу, вдыхая запах мороза и хвои. — Прости меня… слышишь? Я не должен был…

Она только всхлипнула, задыхаясь. По моим предплечьям, вгрызаясь в мясо, полз иней. Моё пламя шипело, сопротивляясь, но я давил его. Пусть жжет. Пусть вымораживает сердце, лишь бы она жила.

Я люблю её!

Теперь это было ясно как день.

Перед лицом опасности вообще многое становится ясным.

Я люблю её из самого своего драконьего нутра, всей своей черной, опаленной войнами драконьей душой. Я люблю её за шпингалеты, за её непонятную речь, за то, как она смотрит на мой мир — как на сломанный механизм, который она обязательно починит. Люблю её за то, что она дышит, за то, что она такая, за то, что она есть.

— Ардан… — её голос был едва слышим. — Сын… он…

— Он сильный, Маша. Как ты. Дыши ради меня! Не смей уходить в этот свой холод!

Я чувствовал, как нить её жизни натягивается до звона. Если она оборвется, я не останусь здесь. Я просто разнесу этот замок в щепки и уйду следом, выжигая само небо.

— Еще раз! — рявкнул Элиас, и в его голосе впервые прорезалась сталь. — Сейчас, леди Фортросс!

Серебряная вспышка ударила в зенит, пробивая тучи, и в ту же секунду всё стихло. Буран опал сверкающей пылью.

А потом раздался звук. Резкий, требовательный, живой.

Лекарь, дрожащими руками, поднял маленькое существо, которое мгновенно начало покрываться тончайшей изморозью.

— Мальчик… — выдохнул Элиас, оседая на пол. — Лорд Ардан… это мальчик.

Я не смотрел на ребенка. Я смотрел на Машу. Её голова бессильно откинулась назад, глаза закрылись, а кожа стала белее снега под нашими ногами.

— Маша! — я рванул её на себя, вливая остатки своего тепла прямо в её сердце. — Маша, вернись!

Я целовал её холодные веки, её губы, шептал какие-то безумные клятвы, и мой дракон внутри ревел, понимая, что его пламя бессильно перед этим абсолютным покоем…

И вдруг — слабый толчок. Сердце под моей ладонью дрогнуло. Раз. Еще раз.