Словно бы предчувствуя мои внутренние метания, он делает шаг назад и дает мне кислород, дает мне возможность принять реальность и либо перейти свой внутренний Рубикон, либо развернуться на сто восемьдесят градусов и уйти навсегда. Вернуться в Москву, попытаться построить свою жизнь с того момента, где я была в буквальном смысле из нее выкрадена.
Мы много гуляем с Рази, занимаемся на фортепиано, я помогаю ей с другими занятиями и сама ухожу в чтение- в доме прекрасная библиотека.
Шахбана нет. На мой завуалированный вопрос Разият бегло говорит, что у него собрание акционеров в столице и он уехал на пару дней. Разумно. Либо специально подгадал, либо придумал собрание…
Жемчуг лежит на трюмо на самом видном месте.
Я засыпаю и просыпаюсь с видом на идеальный ряд бусин и каждый раз вспоминаю весь тот огонь, что был между нами.
Это дико, страстно и… пугающе…
Брак с Мусой был пугающим с точки зрения абьюзивного характера наших отношений. Брак с Шахбаном пугающий с точки зрения силы и авториарности характера такого мужчины… Я знаю Шахбана страстного, желающего и терпеливого. Но еще я помню другого Шахбана. Того, кого я встретила в подвале в ночь, когда он расправлялся с непослушными…
Прикрываю глаза и глубоко вздыхаю.
В дверь тихо стучат. На пороге молчаливая и хозяйственная Зулайхат. С тех пор, как он выгнал из дома всю другую прислугу, хозяйством правит она. И нет, мы не стали близки или откровенны друг с другом. Держим почтительно-уважительные нейтралитет, но я все равно то и дело замечаю на себе ее неоднозначные взгляды…
- Элиза, я принесла Вам чай,- произносит она вежливо. И в то же время, в тоне я считываю то, что она не питает иллюзий по поводу моего статуса в этом доме,- вместе с цветочным медом. Хозяин дома просил Вас угостить. Утром с его пасеки привезли. Новый весенний сбор.
- Шахбан звонил?- вылетает раньше, чем я думаю,- или приехал?
Она ставит поднос, выдыхает, приподнимая бровь.
- Хозяева не посвящают меня в свои маневры, Элиза. Это не мое дело. Я только получаю указание. Другого подтекста нет.
Последние слова она произносит, смотря на меня прямо.
Потом замолкает, хотя ей есть, что сказать, явно…
А я…
Я устала от этих кривотолков и недоговорок. Осуждает меня- пусть скажет прямо. Мне уже хватило тех женщин в доме бывшего мужа.
- Что Вы хотите сказать, Зулайхат?
Она чуть краснеет.
- Ничего… - тут же подбирается, явно понимая, что может навлечь на себя беду, если я скажу Шахбану.
- Нет, Вы не так меня поняли,- говорю твердо, но откровенно,- я не с претензиями к Вам. Я просто… Я просто честно хочу понять, что Вы думаете…
Она снова выдыхает.
- Мое мнение, Элиза? Вы хорошая женщина, но Вам здесь не место. Не потому, что горы Вас не принимают. Горы принимают всех и я знаю уймы примеров того, как прекрасно русские женщины тут живут и вписываются в семьи. Вопрос в самом формате ваших отношений с хозяином этого дома. Шахбан- бей брат вашего бывшего мужа. Это тень на всю жизнь. Это не нужно ни Вам, ни ему. Вы попали сюда насильно. Зато есть теперь возможности ненасильно, а добровольно уйти. А чувства Шахбана… Он страстный мужчина, переживет. Полагаю, что с его богатством, внешностью и возможностями при желании таблетку от страсти всегда можно найти… Да и Рази… Она не примет этот брак…
- Я нравлюсь Разият.
Зулайхат смеется.
- Как подружка? Кукла красивая? Как учительница? Возможно… Разият- его дочь. Его главная женщина. Та, что заняла место своей матери. И это место непоколебимо, Элиза. И Вы его никогда не займете. Услышьте меня. Я не желаю Вам зла. Вы достаточно пострадали. Отпустите горы. И они тоже Вас отпустят… Шахбан не тот мужчина, с которым Вы будете счастливы…
Она развернулась, собираясь выходить из комнаты, явно сказав все, что хотела…
- Как умерла мать Разият?- спрашиваю я, когда Зулайхат была уже в дверях.
- Вы знаете. Она умерла при родах…
Наши взгляды пересекаются.
Она смотрит твердо, посылая мне явный сигнал. Больше ничего не скажет.
Мое сердце почему-то сильно щемит сейчас…
Глава 26
Я знала, что Шахбан вернулся и сегодня будет ужинать в доме...
Мысль об этом обжигала... Накануне я много думала о нас... Много думала о словах Зулайхат... пугала ли она меня, не желая, как и большинство женщин тут, принимать чужачку, знала ли больше, чем говорила? От Разият я знала, что Зулайхат была дальней родственницей Шахбана, впрочем, как и все члены тухума. Так уж заведено в горах. Здесь семейные связи идут во главе любой формы взаимодействия людей...
Он отпустит меня... Нужно только переждать соблазн...
Перетерпеть.... Всего ничего- и я снова стану свободной, а про наши с ним приключения буду вспоминать, как про прекрасный сон...