Через час мы выезжаем. Дети остаются с няней и тётей. Дом под надежной охраной. Думаю о том, что стоило бы перевезти их к себе уже сегодня. Но понимаю – дети привыкли тут. Тут у них есть всё. А мой дом пока не особенно приспособлен. Да, Адам тут жил, но большую часть времени он проводил всё-таки в столице республики, дома у меня или у моих родителей. Родители часто жили со мной. Как и сестра, Лала.
Ничего, этот вопрос мы проработаем. Продумаем чуть позже. А пока…
У отделения папарацци. Мы предупреждены, это нормально. Вопросы сыплются как из рога изобилия.
– Саша, вас пытались изнасиловать?
– Саша, у вас была связь с Емельяненко?
– Саша, вы работали в эскорте?
– Правда, что вам платили десять миллионов за ночь?
– Саша, вы снова встречаетесь с Амирхановым?
– Почему за вас заступился Тагир?
– Саша, вы знали, что Емельяненко – это русский Вайнштейн? Вы хотели получить роль через постель?
Мы не отвечаем. С нами охрана, которая оттесняет журналистов.
Вижу, как морщится Саша, когда слышит слова про эскорт и цену.
И я внутренне каменею.
Тема болезненная.
То, что разрушило наши отношения.
То, во что я не должен был верить.
То, во что я поверил, как дурак.
Снова вспоминаю ту ночь, взгляды тех, кто был со мной. Друзей, как я считал. Увы, не все они были друзьями. Ни один из них тогда не сказал, что я должен верить своей любимой! Что я должен её защитить! Нет! Они сказали – брат, так бывает, все бабы – шлюхи. Особенно эти… Да, они так говорили про русских девочек. И про моделей. С ними можно всё, ведь они выставляют себя на показ, да?
Проблема в том, что если мужчина так говорит про одну женщину – он так думает про всех. Все становятся одинаковыми. Все для него падшие. И он считает себя правым.
Жаль, что в ту ночь я был с ними.
Жаль, что не было рядом реально близких.
А потом… Султан говорил мне, что я не прав. И Тамерлан. Но было уже слишком поздно.
Я потерял тогда свою любимую.
Сейчас не потеряю.
– Александра, вы действительно подали в суд на бывшую тёщу Тагира за то, что она украла у вас ребёнка?
Так. А вот за это кто-то ответит.
Глава 56
Мы не даём комментариев. Но некоторые слова режут как острые лезвия. Пытаются препарировать нас, меня…
Но я нарастила броню.
Мне плевать.
Только один раз я возмущенно оглядываюсь в эту дикую, хищную толпу.
Кто сказал про ребёнка? Что они знают?
Торможу, хотя Тагир с силой тянет вперёд.
Поворачиваюсь.
– Одно слово про моих детей, и я затаскаю вас по судам.
Говорю тихо. Очень тихо.
Но все в этот момент замолкают, затыкаются. Смотрят. Слушают.
Надеюсь, услышали.
– Если хоть что-то просочится, хоть намёк, хоть слово. Я вас уничтожу. – это я говорю, глядя прямо на белокурую девушку, которая задала вопрос.
Ненавижу. Ненавижу всю эту лживую братию.
Журналисты.
Кажется, их называют четвёртая власть?
Раньше, возможно, это было справедливо, а сейчас…
По-моему, большую часть давно пора отправить на помойку.
Ложь, лицемерие, продажность.
Хорошо, что у Тагира есть влиятельные друзья.
Я уже в курсе того, что и как пишут с утра.
Признаться – не ожидала.
Даже та актрисуля, которая вчера пыталась меня закопать, сегодня раздаёт интервью, в которых жалуется, как Емельяненко домогался её и её подруг, и что получить роль в его картине без постели красивым женщинам было нереально.
Правда ли это?
Я склонна верить, что да.
Почему об этом молчали?
А почему сотни актрис по всему миру молчали про Харви Вайнштейна?
Почему десятки моделей, который так же как и меня опорочил Листерфельд не боролись с ним?
Увы, такие люди редко действуют в одиночку. За ними часто стоят сильные мира сего. Те, кто является потребителем всей этой грязи. И пусть потом они оправдываются, говорят, что «вошли не в ту дверь», кто им верит?
Да, за Романом стояла сила.
Поэтому я ничего не подозревала о его наклонностях.
Для меня он был просто известным продюсером, который выпускал довольно приличное в наших реалиях кино. Да, я читала о его связях с актрисами, он был женат, у него дети. Вся инфоаура вокруг его имени была вполне пристойной. Даже скучной. Никаких скандалов, интриг, расследований. Только тот давний случай в универе. С девушкой, которую он ударил. Это скорее был хорошо спланированный пиар ход. Дескать, не может быть кристальной чистоты, где-то есть и червоточинка.
За Романом сила, но и за нами, слава богу сила тоже есть.
И, как оказалось, гораздо более могущественная.
А Роман просто не знал, с кем имеет дело.
Сглупил.
Тагир даёт показания. Меня тоже вызывают, я приехала не зря.
Сразу обозначаю, какие вопросы мне стоит задавать, какие нет. Права свои я знаю хорошо.
У меня давно мысль получить юридическое образование. Особенно сейчас, когда я хочу заняться фондом помощи пострадавшим от насилия моделям.