Вдруг я слышу грохот, удар, дверь, которую Роман закрыл распахивается, кто-то влетает внутрь, я оказываюсь свободна, меня отпускают, откашливаюсь и вижу разъярённого Тагира, кулак которого впечатывается в лицо Емельяненко…
Глава 52
– Тагир, господи, Тагир перестань, пожалуйста… ты его убьёшь!
Поворачивается, в глазах такое, что меня оторопь берёт.
– Жалеешь его?
– Ты с ума сошел?
Кидаюсь к нему, стараясь повиснуть на руках.
– Ты его убьёшь, тебя посадят, ты это понимаешь?
– Не посадят. За такой дерьмо…
– Посадят! Я опять останусь одна!
Сама не понимаю, что говорю, зачем говорю, просто держу его за предплечья, сжимаю дико, ногтями впиваясь, сердце на каких-то запредельных оборотах.
Емельяненко лежит на полу в прихожей этого крохотного домика, мы стоим над ним. Я слышу какие-то крики с улицы, кто-то зовёт охрану.
Всё как в тумане.
Есть только глаза. Его глаза. Глаза Тагира.
– Что он с тобой сделал?
– Ударил… и всё…
– И всё? – он усмехается.
– Я знаю, ты предупреждал. Я виновата.
– Ты не виновата…Мужчина не смеет поднимать руку на женщину. Не смеет принуждать.
– Тагир, что теперь будет?
– Всё будет хорошо.
Дальше начинается какой-то сюр, балаган.
Прибегают охранники, пытаются схватить Тагира. Он вырывается, пытаюсь держаться рядом, почему-то мне кажется, что если я буду рядом – его не тронут. Кто-то из охраны склоняется над Романом. Тот стонет – живой.
Выдыхаю, чувствуя, как от сердца отлегло.
– Что тут происходит? – интересуется явно начальник охраны, подошедший позже.
– На девушку напали, – тяжело дыша говорит Тагир.
– На вас? – главный смотрит на меня как-то странно, презрительно.
– На меня. Ударил, пытался затащить в дом и изнасиловать.
– Это вы сами так решили?
– Что? – не понимаю его слов.
– Ты о чём, начальник?
– О том. Тут такие каждый день устраивают шоу, сами приезжают под богатых мужиков ложатся, а потом обвиняют.
– Я известная модель.
– Всё ясно, какая она модель, сразу было понятно. – это говорит та самая актриса, с которой мы сцепились раньше. Я вижу, что все, кто сидел на той презентации уже тут.
– «Скорую» надо, он же его покалечил!
– Он кто такой, сутенёр что ли?
Я в шоке от того, что говорят эти люди.
– Он мой муж! Отец моих детей! И он меня защищал! Еще есть вопросы?
Дрожащими руками достаю телефон, набираю знакомый номер.
– Никита… Это Саша… у меня проблемы.
– Ага, муж, а звонит какому-то…
– Рот закрой, быстро. – обрывает её Тагир, пока я быстро объясняю Лаврову в чём дело.
– Ты кто такой, а? Чурка!
– Дура, это Амирханов… миллиардер…
– Видели мы таких…
Боже, что в голове у этих людей!
– Пойдём, Саша…
– В смысле, пойдём? Их надо задержать! Они человека чуть не убили.
– Да, любезный, полиция едет, давайте-ка вы не будете сбегать с места преступления.
– Я никуда не собираюсь сбегать. Придёт полиция – будем говорить с полицией. Саша, пойдём…
– Тагир…
– Не бойся.
– Вам придётся задержаться до приезда полиции!
– У меня женщина с травмой! И я повезу её к доктору, ясно?
– Он сам её и ударил, а она его покрывает! – не унимается актриса, которая стоит чуть пошатываясь. Боже, да она пьяная!
Хочу сказать всё, что о ней думаю, но Тагир берёт меня за руку и тащит за собой, отшвыривая охранника, который пытается его остановить.
– Эй, товарищ, задержитесь!
Тагир рукой машет, и мы быстро идёт к парковке.
– Может лучше остаться? Это… Это не будет попыткой бегства? Тагир? Мне страшно!
Он тормозит только у своего внедорожника.
Смотрит на меня серьёзно. Берёт моё лицо в ладони.
– Ничего не бойся. Со мной никогда ничего не бойся, слышишь?
Киваю.
Но меня трясёт.
Я в ужасе.
Что будет? Что теперь будет?
Господи, зачем я поехала сюда? Зачем вообще начала общаться с этим Емельяновым? Зачем?
Мы едем довольно быстро, на выезде замечаем машину «скорой помощи», за ней едет полиция.
Я дико боюсь, что они развернутся и поедут за нами с мигалками и с сиреной, но этого не происходит.
Тагир всё время говорит по телефону. Часть на родном языке, часть на русском. Связывается с Умаровым. Что-то спрашивает про клинику, меняет маршрут. Говорит с адвокатом.
На его руках кровь. Он вытирает её влажными салфетками, но она всё равно проступает.
Мне звонит Никита, я ещё раз объясняю всё, что произошло. Он настаивает, чтобы я сняла побои.
Я не чувствую лица, чуть онемела щека, опускаю козырёк, вижу в зеркале как по моей коже расплывается огромный багровый синяк.
Интересно, на что рассчитывал Роман? Неужели он думал, что сможет избить меня, изнасиловать, и ему за это ничего не будет?
Дрожу. Меня просто колотит.
Чувствую руку Тагира.
Он берёт мою ладонь.
– Ничего не бойся, Роза. Всё будет хорошо.