Тагир. Заберу твою любовь Страница 68 из 83
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 68 из 83

Доводит до края. Жар расползается по телу, когда я думаю…

Он влюблён в меня.

До одури влюблён. Он готов ради меня на всё.

Это…

Я боюсь этого.

Я ведь приняла решение?

Я не люблю Тагира и не хочу его в своей жизни. Я пустила его только ради детей и ради детей пока держу рядом. Но…

Этот фарс пора заканчивать. Мы не семья. Мы даже не иллюзия семьи.

Фантом.

Мыльный пузырь. Который вот-вот лопнет.

Я просматриваю светскую хронику. Люди разводятся. Отцы бросают детей. Это жизнь. Это стало даже нормой наей жизни.

Нормой, которая выросла из нелепого, тупого заявления о том, что никто никому ничего не должен. Вот мы и пожинаем плоды.

Отцы, которые настрогали по пять-шесть детей в каком-то безумном желании красивой картинки благополучия благополучно уходят, оставляя женщин один на один с проблемой, а что дальше.

Даже если они платят алименты проблема не решена.

Детям нужен отец. А он испаряется. Или становится воскресным.

Ну, в любом случае – как-то все живут и выживают.

Я выросла без отца и считаю, что выросла достойной.

Есть ведь другая крайность? Отец ради отца. Когда женщины живут с моральными уродами просто потому, что детям нужен отец, да?

В этом тоже нет ничего хорошего.

Уговариваю себя решиться на то, чтобы отказать Тагиру от дома. Пусть живёт у себя, пусть приезжает по возможности. Так всем будет лучше.

Да.

Нет. Детям не будет.

Они его обожают и это взаимно.

Предвижу шок дочери, её капризы, истерики. Она только вошла в роль папиной принцессы. Хвастается всем, что у неё есть папа.

Я могу еще потерпеть. Могу.

Но решаю немного изменить нашу историю.

Впускаю в свою жизнь мужчину.

Ну, впускаю – это сильно сказано, конечно.

Его представляют мне на одном мероприятии.

Именно его мне, потому что я звезда.

Я самая популярная модель. Моё имя не сходит со строчек светской хроники, и вообще мне кажется я везде.

Хочется даже притормозить. Я не привыкла.

– Роман Емельяненко, Саша, очень приятно, я думал вы просто красавица, но нет, не просто…

Улыбаюсь.

Слышала много раз. Ничего нового.

Но дальше он говорит что-то про мою душу, и мне нравятся его слова.

И его голос. И манеры.

Он вообще хорош.

И явно настроен меня покорить.

В частную жизнь никого не впускаю – за этим следит агентство Лаврова.

Я со всех сторон защищена юридически, и всем, кто нарушит правила грозят многомилионные иски. Никто не хочет попасть на бабки.

Всё-таки один прецедент есть, ушлой журналисточке хочется узнать сколько я платила Листерфельду за рекламу своих услуг. Впервые в жизни мне хочется ударить женщину, заткнуть её поганый микрофон ей в глотку. За меня это делает охрана.

Все знают, что у меня дети. И что отец детей очень богатый кавказский мужчина.

На этом всё.

Роман, к его счастью, не задаёт опасных и глупых вопросов.

Зато сразу спрашивает, почему я не снимаюсь в кино.

– У меня нет актёрского дарования.

– Лукавите, Саша, я видел ваши ролики.

– Хорошо. У меня нет образования, и я не хочу стать объектом насмешек. Наверное так.

– У половины наших звёзд образование есть, но им это не помогает. А если у меня будет материал для вас?

– Какой?

– Драма. Красивая острая драма. У вас же была драма в жизни, простите, если лезу не в своё дело.

– Лезете. Но я пока помолчу. Давайте, предлагайте.

Он предложил.

Пойти на выставку Фриды Кало. Я удивилась. Обожаю её работы, а её жизнь – это просто какой-то сгусток боли, любви, предательства, страсти и снова боли.

– Жаль, что не оригиналы.

– Но всё равно чувствуется её душа.

– Да.

Потом мы обедаем в модном ресторане. Романа узнают. Девушки явно хотят понравиться. Меня тоже узнают.

Я знаю, что прямо сейчас модные новостные паблики публикуют заметки о нас.

Что скажет Тагир?

Или ему плевать?

А почему мне не плевать?

– Расскажите о себе, Роман.

– Начать с самого позорного? Пока вы не узнали об этом из третьих рук?

Пожимаю плечами. Он рассказывает давнюю историю о том, как ударил девчонку в институте. Звучит неприятно.

– Я вины с себя не снимаю, но я защищал другую девушку, так получилось.

– Ясно. Но вина действительно на вас.

– Я больше никогда не поднимал руку на женщину.

– Придется вам поверить, вы такой душка, будет жаль, если вы абьюзер и моральный урод.

– Я не душка.

– Простите.

– Саша, какие у меня шансы?

– На что?

– На вас. Я хочу вас себе. Насовсем.

Ого! Неужели?

Емельяненко хорош, обеспечен. Не так богат как Тагир…

Тагир, Тагир… Тагир просто отец моих детей. И всё.

А тот поцелуй…