Я прошёл в кабинет, опустился в кресло и попытался заняться бумагами, но буквы плясали перед глазами, как бешеные блохи.
Я перечитывал одну строчку по пять раз, но не мог понять, что там написано.
Вместо цифр и приказов видел её глаза и непослушные каштановые волосы. Вдруг вспомнил её улыбку, когда она смеялась над выкрутасами Гоги. Потом перед глазами встали её слёзы, когда я накричал на неё из-за дурацкого взрыва.
Раздражённо вздохнул и отложил бумаги и начал мерить шагами кабинет. Прошёл туда-сюда, потом ещё раз и ещё.
Остановился и прислушался. Отчего-то в доме было очень тихо и пусто.
Я раньше не замечал, какой гулкой была тишина, когда не было слышно её шагов и смеха.
Пришёл Гоги и заскулил. Дракон посмотрел на меня огромными глазами, и в них читалась такая тоска, что я сам чуть не заскулил.
— Я знаю, Гоги, — выдохнул я, погладив его по голове. — Мне тоже этих двоих бедовых не хватает.
Дракон тихо рыкнул, и я понял, что он пытается донести: «Ты же сам сделал так, чтобы она ушла».
— Да, она сама ушла! Но я тут не виноват!
Гоги покачал головой и отвернулся. Он явно был не согласен.
Я снова начал мерить шагами кабинет. Прошёл двадцать шагов. Развернулся и всё равно думал о ней.
И тут я понял одну простую вещь.
Я — идиот. Потому что, чёрт возьми, я заскучал по ней.
— Проклятие, она ведь и правда ушла. И не вернётся.
Гоги снова заскулил, и я понял, что время терять нельзя.
Схватил плащ, пристегнул меч и направился к выходу. Гоги, почувствовав мою решимость, взмыл в воздух и вылетел в окно.
— Найди её, — приказал дракону. — Где бы она ни была. Ищи!
Гоги сделал круг над домом, потом метнулся в сторону города. Я оседлал коня и поскакал за ним.
Мы мчались по улицам. Ночь была тёмной, но Гоги уверенно держал курс. Он летел низко над крышами, и я следовал за ним.
Мы проехали через городские ворота и вылетели на проселочную дорогу. Гоги вдруг резко свернул и повёл меня к запретному лесу. Я знал этот лес, опасный лес.
Там жили не только комары, но и магические твари, от которых даже видавшие виды солдаты теряли сознание. Там были болота, которые засасывали заживо, и тени, которые могли заманить тебя в туман и никогда не выпустить.
— Лада, только не через этот лес, — прошептал я. — Пожалуйста, там же болота.
Но Гоги уверенно летел вперёд. Я гнал коня, моля всех богов, чтобы она не успела уйти слишком далеко. Я представлял, как она бредёт по болоту, с этим дурацким котом подмышкой, спотыкается и падает.
Я представил, как её засасывает трясина, и я не успеваю её спасти.
Отчётливо представил, как она умирает, и я остаюсь один, потому что, чёрт возьми, я только что понял, что она мне нравится. Бедовая, но смелая и такая… красивая, юная, полная любопытства и жажды жизни!
Я ехал так быстро, что ветер свистел в ушах. Ветви деревьев хлестали меня по лицу, но я не замечал. Я думал только о Ладе, моей жене.
— Гоги! — крикнул я. — Быстрее!
Дракон ускорился. Он летел над болотом, и я видел, как внизу мелькают огоньки — это были блуждающие огни, которые заманивают путников в трясину.
Я молился всем богам, которых мог вспомнить. И даже тех, которых не знал.
— Только не дайте ей умереть, — шептал я. — Только не дайте ей умереть.
И вдруг Гоги издал пронзительный крик. Он спикировал вниз, к поляне, где виднелся слабый свет. Я натянул поводья и увидел её.
— ЛАДА —
Очень обидно, когда ты думаешь, что сбежала от всех проблем, а проблемы ждут тебя с распростёртыми объятиями, и с явным намерением принести тебя в жертву местному монстру.
Но давайте всё по порядку.
Мы с Лучиком шли через лес уже несколько часов. Ночь была тёмной, хоть глаз выколи, а луна пряталась за тучами, будто тоже решила, что с меня достаточно приключений на сегодня.
Лучик сидел у меня в сумке, периодически высовывал морду и отпускал язвительные комментарии:
— Лада, ты уверена, что мы идём в правильном направлении? Надо было с утра бежать, а не по ночи… И артефакт света, который свистнула у Захара, какой-то дохлый. Плохо всё видно, мя-а-у-ар.
— Я всё правильно сделала, — соврала я, потому что понятия не имела, куда мы идём. Ориентировалась по слабому свету и звёздам, когда они появлялись из-за туч, но было ощущение, что звёзды тоже решили, что я слишком много беру на себя и откровенно врали и путали меня.
— Дорогуша, но мы уже третий раз проходим мимо этой сосны с кривым суком, — сообщил кот. — Я его запомнил, потому что он похож на твоего отчима.
— Лучик, перестань паниковать.
— Я не паникую, я тебе конкретно заявляю, что мы заблудились. Мы идём по кругу. Мы умрём тут… А я слишком молод, чтобы умирать!