Но удивляют меня не они, а с десяток байков, припаркованных возле них. Если убрать обстановку, такое ощущение, что мы снова на пустыре, на байкерской сходке. Лука щелкает брелоком, ворота разъезжаются, и я вижу приличных размеров дом, а в стороне две машины.
- Будем из них выбирать?
- Боюсь, что эти нам никто не отдаст.
Лука загоняет машину внутрь, и пока мы медленно едем, я замечаю на огромной поляне с десяток, если не больше людей.
- Ну ты же предлагала, чтобы я позвал кого-то на помощь, - в ответ на мой вопросительный взгляд, поясняет Лука.
- Почему у меня ощущение, что они приехали посмотреть не на машину? – бормочу я, глядя на то, как они оборачиваются.
- Это интуиция, Наташ, - вот так просто отвечает Лука.
Ему приходится практически выуживать меня из машины, потому что я начинаю сомневаться: а вдруг костюм мой помялся? А вдруг стерлась помада? Стерлась, конечно. А среди гостей я вижу трех женщин, и не хочется на их фоне быть бледной молью.
- Вы что там, застряли? – раздается зычный голос папы Луки. – Отправить кого-то, чтобы потрусили машину?
- По-моему, твой папа только что назвал меня толстой…
- Он видит только мой зад. А что он думает по его поводу, меня не волнует, - Лука очерчивает костяшками пальцев мои скулы, и этот жест действует успокаивающе, а еще его голос, который звучит очень проникновенно, как будто он тоже немного волнуется. – Помнишь, ты как-то сказала, что это моя территория, мои друзья, моя жизнь и ты не хочешь мешать?
Я киваю. Да, помню. Прекрасно помню тот случай – это было в баре, когда впервые увидела его и Марину.
- Так вот, - продолжает Лука, - в мою жизнь и на мою территорию ты уже вошла. А сейчас я просто хочу познакомить тебя со своими друзьями.
Он протягивает ладонь, и я без раздумий принимаю ее.
Как-то уже не имеет значения, так ли я хорошо выгляжу, как бы хотелось, и что я не при полном параде. То, как на меня смотрит Лука, то, что он захотел ввести меня в свой ближний круг – гораздо важнее.
Когда мы подходим ближе, некоторых я узнаю. Нет, имен не знаю, но видела в баре. Взгляды доброжелательные, и я окончательно расслабляюсь. А Луку держу за руку, потому что так мне удобней, и нравится, как его большой палец поглаживает мою ладонь.
- Это моя Натали, - представляет он меня пестрой компании.
- Добрый день, - говорю я, стараясь улыбаться приличней и не показывать все свои тридцать два.
Трудная задача, с учетом того, какие эмоции у меня вызывают простые слова: «Моя Натали… моя…». И практически невыполнимая, когда я начинаю крутить головой, а Лука подает мне бумажный платочек.
Я смотрю на него с таким обожанием, что пропускаю момент, когда его друзья начинают представляться в ответ. Слышу отдаленно: Хищный, Лис, Кабан...
- Как ты догадался? – спрашиваю Луку, промакнув уголок глаза.
- Просто я готовился к твоему возвращению, - улыбается он.
Я прикладываю платочек к другому глазу. К счастью, утонуть в слезах мне не позволяет папа Луки.
- Такое ощущение, что мы не на лужайке, а в ликом лесу! Предупреждаю, если сейчас Наташа подумает, что мы собрались на охоту и попросит ружье, я ей его дам! – практически рявкает он. - И пусть выбирает из списка зверья, которое вы перечислили. Беременной женщине я отказать не смогу, а тем более той, которая собирается родить мою внучку. Так что давайте, принимайте человеческий облик и вспоминайте свои имена.
Друзья Луки, солидные на первый взгляд люди, начинают невпопад улыбаться. А кто-то откровенно хохочет, как я.
- Это Лев, - берет в свои руки инициативу Лука и кивает на высокого брюнета, который стоит к нам ближе всего. – Это Алла, его жена. Отличились тем, что родили сразу двойню и втюхали их мне в крестники. Теперь под предлогом, что нам с малышней нужно чаще видеться, чтобы они не перестали меня узнавать, устраивают себе романтические выходные.
- Ты забыл добавить, что это твои любимые крестники, - вставляет с улыбкой Алла.
- Малой здесь с другим моим крестником нет, так что можешь считать, что забыл, - великодушно позволяет Лука.
- Сразу двойню, - восхищенно выдыхаю я, рассматривая стройную и красивую женщину. – Вам повезло.
- Еще как! Лев гордится, что установил недостижимый рекорд.
- Ничего-ничего, - вклинивается в разговор другой мужчина, который тоже пришел не один, а с пухленькой и хорошенькой женщиной. – Мы с Люсей постараемся вас скоро догнать. Я – Паша. А это Люся, моя жена.
- Пока не родится двойня – не считается, - возражает Лев. – По одному несложно родить.
Обе женщины оборачиваются и внимательно рассматривают того, кто сделал такое смелое заявление. Я тоже, кстати, смотрю, и с надеждой интересуюсь:
- Правда несложно?
- Ну, - смеясь, отвечает Алла. – Мне было значительно проще, чем врачу, которого Лев тряс как грушу, чтобы он как-то ускорил процесс.