— Знаете, господин Шейн, я бы очень сильно хотела вам назвать три десятка имён. Возможно, вспомнить о торговце газетами, который один раз, пробегая мимо, оторвал оборку моего платья, либо припомнить случай в кожевенной мастерской, где меня отказались обслуживать… Да даже появление в городской лечебнице, где мне не оказали никакой помощи, я тоже не могу припомнить. У меня не было ни с кем плохих отношений. Я, приехав в город, пыталась сделать единственное, на что у меня хватало сил, обеспечить себя и детей, потому что как-то меня не готовили к тому, что я окажусь преданной женой, которая вместо того, чтобы воспитывать и растить детей, смотреть за бытом, смотреть за мужем вдруг окажется в Богом забытом поместье с перспективой того, что родится настоящий правильный наследник у супруга, а её дети будут прозибать впроголодь. Меня к этому не готовили, поэтому я делала все от меня зависящее, чтобы мои дети не радовались засахарившемумя варенью. У меня не было врагов, господин Шейн. Единственный, кто мог желать моей смерти, это мой супруг, и все…

Глава 48

Альваро.

Я чуть было не рухнул в стену напротив, проломив лбом маленькое наблюдательное окно. По шорохам Герберт понял, что меня сейчас разорвёт.

— Спасибо, леди Кортес. Спасибо. Я, пожалуй, загляну к вам попозже. — Быстро произнёс он и, встав, вышел из её спальни.

Герберт заглянул в мою спальню, и я, выбравшись из смотрового закутка, блеснул драконьим взглядом.

— Ты же понимаешь, что это какая-то глупость? Ты же отдаёшь себе отчёт, что я никогда не желал ничего плохого своей жене?

— Не ори, пожалуйста. — Мягко попросил Герберт. — Пройдём в кабинет.

И когда мы оказались в кабинете, Шейн тяжело вздохнул.

— Она ничего не скажет. Мне так точно.

Я ударился лбом в картотечный шкаф и чуть было не застонал.

— Герберт, так не бывает. Так не бывает. — С нажимом повторил я. — Она считает, что я её враг.

— В контексте того, что у вас произошло — да, ты её враг. Пока ты не откроешь все карты, пока ты не донесёшь до неё то, что ей нечего опасаться, ты так и будешь оставаться врагом. Как бы ты не хотел иного.

Я выругался себе под нос и подумал о том, что все такие умные задним числом. А что же он свой ум не приложил к тому времени, когда у него жена находилась в Богом забытом поместье? Я знал ту историю. Поэтому я все спланировал нормально. Меня не в чем было упрекнуть. Но нет, все равно вышло все через драконий зад. Я больше чем уверен, что если бы моя жена была моей женой, то всей этой истории не развернулось бы.

— И да, зелье, развязывающее язык, на неё тоже не действует. Хоть какой-то плюс — ни околдовать, ни опоить её будет невозможно. — Медленно произнёс Герберт и стукнул пальцами по столу.

— Но это не решает нашего вопроса.

— Да, Альваро, это не решает нашего вопроса. И на данный момент у меня только одно предположение, которое может быть реальным — это действительно либо оппозиция, либо кто-то из твоих.

— Да нет у меня никаких моих! — Перебил я зло и передёрнул плечами.

Мне не хватало только этих сплетен, которыми фонтанировал светский мир.

“Ах, он улыбнулся леди Изольде”. Я всем улыбался, потому что работа у меня такая — находить контакты с людьми. Работа у меня такая — общаться, производить хорошее впечатление. Я прекрасно отдавал себе отчёт, что намного приятнее иметь дело с улыбчивым южанином, нежели чем с насупленным, нелюдимым мужиком. А ещё я отдавал себе отчёт в том, что Айра всегда это понимала и никогда не было такого, что она меня за что-то гнобила либо корила. Она знала о моей натуре, о моём темпераменте. Она знала, как я умею располагать к себе собеседника. Да, видят боги, если бы я не умел располагать к себе собеседника — никогда бы она не вышла за меня замуж. Потому что вдовец с ребёнком — это не самый ходовой товар. А как бы я не был в себе уверен, я прекрасно понимал, что женщина, которую я выберу себе в спутницы жизни, которая откликнется моему дракону, она не будет последней непроходимой дурой и явно не окажется в затруднительном положении, что брак со мной — это единственное для неё спасение. Нет. Я уже один раз так женился. И что из этого вышло? Плохо всё вышло.

Герберт потёр переносицу и покачал головой.

— В любом случае, тебе стоит поработать над тем, чтобы вести себя более адекватно в присутствии своей супруги. Даже если это не твоя супруга. И я рекомендовал бы тебе вернуться в Шантильи вместе с леди Кортес. Хотя бы просто из-за того, что дома стены лечат. А за последние шесть лун для леди Кортес ничего ближе, чем Шантильи не было. И ко всему прочему, осмотришься по обстановке и сможешь уже стенографировать меня.

Я сузил глаза, понимая, что лучше буду пользоваться голубиной почтой.

— А что делать с отравлениями? Вдруг это повторится?