Со временем советники привыкли к тому, что решения, касавшиеся будущего Сейтара, Кассий почти всегда обсуждал с Фионой. Последнее слово по-прежнему оставалось за мастером клана, но мнение его этты давно перестало быть простой рекомендацией. Её слушали так же внимательно.

Особенно когда речь заходила о пустыне. Никто лучше неё не понимал её древних обитателей.

Сдержав данное обещание, Фиона отпустила монстров домой. Огромное войско вновь растворилось среди бескрайних барханов, словно его никогда и не существовало. Караваны перестали бояться внезапного нашествия чудовищ, а жители Керна постепенно привыкли к мысли, что пустыня больше не является их врагом.

Лишь один монстр так и не ушёл. Ифрит поселился среди скал неподалёку от города. Иногда его огромное золотое тело можно было увидеть на горизонте, греющимся под палящим солнцем. Иногда он исчезал на несколько дней, а потом также неожиданно возвращался.

Со временем жители перестали в ужасе разбегаться при его появлении. Они знали — пока рядом Фиона, Король пустыни никому не причинит вреда.

После победы Кассия никто даже не обсуждал, где будет жить Джамала. Дворец стал её новым домом. Хотя Джина этого и не хотела. Но Фиона заверила женщину, что рядом с ней девочке ничего не грозит. Назим же остался в Фейфе, наотрез отказавшись переезжать, но Джамала навещала его довольно часто.

Она быстро освоилась среди длинных коридоров и просторных залов, перестала бояться придворных и уже свободно вбегала в кабинет Кассия без всякого разрешения, чем порой приводила советников в настоящий ужас.

Фиона лишь смеялась. Рядом с ней почти всегда можно было увидеть Феликса.

Маленькая летучая мышь по-прежнему оставалась её верным фамильяром. Днём Феликс чаще всего мирно спал, завернувшись в складки плаща хозяйки или устроившись на спинке её кресла, а по вечерам неизменно сопровождал Фиону во время прогулок по дворцу.

Джамала быстро подружилась с маленьким фамильяром. К удивлению самой Фионы, Феликс позволял девочке гладить себя почти так же спокойно, как своей хозяйке. Иногда Джамала читала ему вслух книги, совершенно уверенная, что он внимательно слушает каждое слово. И, судя по тому, что летучая мышь ни разу не улетела, возможно, так оно и было.

Изменения коснулись и самой Фионы. Она научилась жить со своей новой природой. Жажда больше не казалась ей чудовищным проклятием. Она стала частью её самой — такой же естественной, как дыхание пустыни или ветер, гуляющий среди барханов. К тому же Кассий всегда был не против поделиться с ней своей кровью.

Кассий тоже изменился. Для Совета он по-прежнему оставался суровым мастером клана. Его решения не обсуждали. Его приказы исполняли беспрекословно. Его уважали и даже немного боялись.

Но стоило Фионе войти в кабинет или Джамале без стука распахнуть дверь, как вся эта суровость исчезала без следа.

Советники давно перестали удивляться, застав однажды мастера за тем, как он терпеливо объясняет Джамале правила шахмат, или молча снимает с высокой полки книгу, до которой никак не могла дотянуться Фиона.

Вечером, когда солнце уже клонилось к горизонту, Фиона вышла на балкон дворца. Горячий ветер привычно коснулся её лица. Перед ней простиралась бескрайняя пустыня. Когда-то она казалась чужой. Теперь отвечала ей едва уловимым шёпотом.

Позади послышались знакомые шаги. Кассий подошёл к ней и молча остановился рядом. Их пальцы сами нашли друг друга. Некоторое время они просто смотрели на заходящее солнце.

— О чём задумалась? — тихо спросил он.

Фиона улыбнулась, не отрывая взгляда от пустыни.

— Знаешь, теперь я наконец поняла, что такое дом.

Он осторожно коснулся губами её лба.

— Значит, мы оба его нашли.

Она прижалась к нему чуть крепче. Из сада донёсся звонкий смех Джамалы. Над башнями Керна спокойно развевалось знамя рода Ламий. А пустыня, пережившая войны, предательства и кровь, наконец обрела долгожданный покой.

И вместе с ней обрели покой те, кому было суждено изменить её судьбу.

* * *

Последние лучи солнца медленно растворялись за горизонтом, уступая место прохладной ночи. В замке Эклипс, скрытом от всех взглядов, было непривычно тихо. Лишь потрескивал огонь в камине, нарушая уютную тишину.

Лилит удобно устроилась на длинном диване, положив голову на мягкий подлокотник. Она устало вытянула ноги положив их прямо на возлюбленного вампира, а Каин молча стал разминать ступни своей богини вампиров, с привычной точностью находя каждую напряжённую мышцу. Он не задавал вопросов и ничего не говорил. Просто делал то, что давно вошло у них в привычку.

Лилит довольно прикрыла глаза и тихо выдохнула.

— Всё-таки… это настоящий экстаз.

Каин никак не отреагировал. Только большим пальцем чуть сильнее надавил на особенно чувствительную точку. Лилит довольно улыбнулась.

— Вот за что я тебя люблю.