Я снова отвлеклась на его ласки и попыталась больше не брыкаться. Внутри уже было не так больно, немного щипало, но если не шевелиться, то вполне терпимо. Как только я успокоилась и даже немного расслабилась, Кристиан выпустил на свободу мои ноги, позволяя устроиться под ним удобнее, и сделал еще один глубокий толчок внутри меня.

Снова все защипало и стало страшно, да так, что захотелось драться. Я вся сжалась и попыталась повернуться на бок. Непроизвольный мучительный стон слетел с моих губ, как тихая мольба остановиться. И мужчина, тут же поняв меня, дал свободу, перевернувшись на постель.

Я повернулась к Кристиану спиной, поджала к груди ноги и обхватила себя руками. Было неуютно, неловко и черными тенями в сознании проскальзывали сомнения. Но они не успели замучить проснувшуюся совесть, потому что француз тут же притянул меня к себе и обнял двумя руками.

— Ты умница, — произнес тихо мне куда-то в волосы, целуя в висок. — Такая чувственная и сладкая, что сносит крышу, — коснулся губами носа, щек, век.

От его слов неловкость и всколыхнувшееся стеснение понемногу утихли. И я даже стала думать, что все не так ужасно, как я сначала решила. Просто первый раз — он сложный самый. Вероника и Лелька рассказывали о своем опыте и у каждой остались не самые лучшие впечатления. Так чем я хуже?

Я повернулась к Кристиану лицом, устало улыбнулась и обняла рукой. Прикрыла глаза, позволяя мужчине приятно поглаживать меня по спине и пояснице. Ничего, боль со временем пройдет, у нас еще тысяча чудесных ночей вместе.

Меня все больше клонило в сон, ресницы слипались и я, уткнувшись носом в Кристиана, тихо прошептала ему, что он самый лучший, и я его люблю. Cама не осознавала, что делала, просто так подсказывало мое наивное сердце, и я ему повиновалась.

От лица Кристиана

Я лежал, уставившись в потолок. Олесия тихо посапывала мне в ключицу, беззаботно обнимая рукой, а я не мог успокоиться. Я не хотел играть с ней в любовь, для меня эти отношения ничего не значили. Я знал, мы скоро разбежимся и забудем друг о друге. А она говорит о любви! И что делать?



Я повернул голову в сторону приоткрытого окна и поймал первые лучи солнца. Сна не было ни в одном глазу, только рой мыслей буравил голову. Я не думал, что девчонка так быстро ко мне привяжется, а тем более влюбится. Конечно, я для нее был первый мужчина, и она идеализировала ситуацию. Но это слишком для меня. Я совсем не готов разменять свободную холостую жизнь на эту малышку, какой чудесной она не была бы. Все зашло слишком далеко, так нельзя, пора закрывать лавочку и валить, а то будет поздно.

Стараясь не разбудить девчонку, я убирал с живота ее руку и тихо поднялся. Надо бы опрокинуть в себя что-нибудь покрепче, чтобы прояснились мысли, от которых скоро взорвется мозг. Я натянул плавки и, не оглядываясь, вышел на улицу. Свежий прохладный воздух позволил сделать глубокий вдох и медленный выдох, снимая накрывшее напряжение.

Да, так значительно лучше, когда она там, а я тут. Не надо нам больше видеться.

Я задрал вверх голову, на небе до сих пор гулял необычный полумесяц в форме лодки, таким он бывает только на экваторе. И вдруг осознал, что в наших отношениях все было изначально неправильно и криво. От идиотского знакомства, когда я решил подрезать ее на машине и выставить за аварию счет, до этой ночи.

Если б я знал, что у нее все в первый раз, наверное, не стал бы затевать это путешествие. У меня не было цели портить девчонку, но и пообещать ей любовь до гроба я не способен. Я снова втянул воздух носом, засунул руки в карманы шорт и отправился на виллу. Мне надо было подумать, как поступить, а рядом с ней не выходило.

Я зашел в дом и удивленно вскинул брови. Никто не спал. Отец, как загнанный тигр метался по залу, громко разговаривая по телефону. Мелисса в шелковом халате сидела на диване и тревожно поглядывала на мужа.

— Что случилось? — Поинтересовался я у мачехи, пока отец был занят разговором, и сел рядом. Она расстроенно вздохнула, поправляя полы халата, но тут же взяла себя в руки. Мелисса не любит волновать окружающих, а тем более своих детей.

— Привет, сынок, — она ласково улыбнулась мне, так, как может только мать. Хотя она мне всего лишь мачеха. — Ты чего так рано? А где Олеся? — Посмотрела на меня удивлённо, словно мы с малявкой сиамские близнецы и всегда должны ходить вместе.

— Спит, — отмахнулся я, не желая ничего объяснять. Наши проблемы с мелкой ее не касаются.

Я не планировал знакомить Олесию с родителями, так вышло. Думал, вилла на выходные будет свободна. У отца сейчас проблемы с сердцем, ему не до перелетов, Мелисса от него не отходит ни на шаг. Но видимо так сложились звезды, что они ни с того ни с сего решили рвануть на Мальдивы. Так бывает.