- Спросим у других девушек. Авось истина да приоткроется, - не дождавшись от меня ответа, сказал Жардис. – Итак, леди, я дал вам время на раздумье. Кто готов отвечать? Ну, пожалуй, начнем с вас, Лисси. Что было нарушено в данном случае?

- Нормы этикета, магистр, - ответила адептка.

- Ну-ну, за нормы этикета не наказывают столь сурово, и тем более не прощают гибель жертвы, если таковая имеется, - усмехнулся наш старик. – Арагна, прошу вас.

- Было допущено оскорбление, магистр, - ответила девушка и тише добавила: – И ложь.

- Ложь и оскорбления – это, разумеется, скверно, но применимо к любой расе, я же спрашиваю о нарушении положений кодекса драконов. Ну что? Никто не желает ответить?

Бронан осмотрел собравшихся и остановил свой взгляд на… Тарисе.

- Смелее, леди. Прошу вас, - подбодрил он.

- Я? – испугалась Тари.

Жардис многозначительно кивнул и заверил зеленую драконессу:

- Я отчего-то уверен, что именно вы знаете ответ, леди Ларгус.

Сбитая с толку, вконец запутанная и растерянная подруга замотала головой, отрицая правоту ректора.

- Попробуйте вспомнить мои слова и поразмышлять, Тариса, - наставлял ее Бронан.

- Поразмышлять?.. – в отчаянии повторила подруга.

- Да, - кивнул ректор. – О чем я просил в самом начале?

- Вспомнить все события дня… - пролепетала Тари.

- И?..

Зеленые глаза расширились, в них мелькнуло осознание, и Тари, чуть сбиваясь, заговорила:

- Магистр Энджей Нербус заявил права на Эльсинтар, не придав значения тому факту, что второй претендент – это сам Повелитель, подданным которого и является магистр. Это нарушение статьи кодекса о строгой иерархии…

- Верно, - кивнул Бронан. – Продолжайте, прошу вас.

- К сожалению, из-за обморока я упустила момент, когда лорда Нербуса вызвали на поединок, но почему-то уверена, что причина вовсе не во мне, и даже не в старых распрях между этими двумя драконами, магистру очень не понравилось, что мой обморок испугал Эльсинтар…

- Вы наблюдательны, поэтому логическая цепочка весьма достоверная, - сказал Жардис. – Развивайте свою мысль.

- Драконы слишком малочисленная раса, поэтому поединки по такому прозаическому поводу запрещены общемировым кодексом. То есть, мы снова имеем прямое нарушение.

- Верно, леди. Теперь переходите к другой стороне.

- К другой стороне… - задумалась Тариса. – К другой стороне… К Син! Ах, да. Когда Чаури сказала, что ей ничего не стоит заполучить магистра Энджея, Эльсинтар пошатнулась и прикрыла глаза, а когда она их открыла… они стали огненными. В них полыхало первородное пламя! Клянусь богами, магистр Жардис! Ее руки покрылись броней, а когти стали острыми, словно наточенные кинжалы. Син прыгнула на Чаури с криком «дракон мой»…

- А я говорила вам, магистр, что Эльсинтар напала на меня! – подала голос Чу и показательно громко всхлипнула.

- Помолчите, леди, - насупился ректор. – Я дам вам слово. Имейте терпение выслушать других, более сведущих адептов.

Девушки, которые стояли рядом с Чу, попятились, и мне снова стало ее жаль. Надо же! «Дракон мой»… Подумала, и внутри разлилось что-то теплое, уютное и тягучее. Мой? Филин говорит, что да, сердце с ним согласно и разум, похоже, тоже.

- Так вот, - продолжила Тариса. – Син кричала «дракон мой», но даже в том состоянии контролировала себя, потому что, если бы она пустила в ход отросшие когти, то сейчас вы бы не допрашивали Чаури, а держали бы в руках ее голову и допытывались у нас, кто это сделал.

- Вывод? – невозмутимо спросил Бронан.

- Ага, - кивнула Тари. – Вывода два. Во-первых, Эльсинтар, так уж вышло, неосознанно тоже заявила права на дракона. А во-вторых, напав на Чаури, Син нарушила целый свод законов.

- Вот! А я говорила! – вылезла Чу. – Во всем виновата Эльсинтар! Я требую честного суда!

- Вы испытываете мое терпение, леди, - рыкнул ректор. Бронан вообще редко повышал голос, ему и без того подчинялись беспрекословно, поэтому многие удивились и возможно даже посочувствовали драконессе. – Продолжайте, Тариса.

- А уже и продолжать нечего, - пожала плечами Тари. – Если Чаури требует честного суда, то нужно обязательно удовлетворить ее требования. Вот только в этом случае все обвинения, которые я перечислила выше, утрачивают силу.

- Это еще почему? – зло прошипела Чу.

- Скажите ей, леди. Скажите, - попросил магистр.

- Потому что свод законов о неприкосновенности истинных пар отменяет все прочие. Особенно, в период, когда пара уже создана, но еще не инициирована, ибо в этом случае спонтанная трансформация может повлечь за собой смерть самки, способной выносить магически одаренное, освещенное богами потомство. Наказание виновного – смерть. Статья две тысячи сорок шестая кодекса драконов, - выдохнула Тариса.

- Истинная пара?  Смерть мне? – захлопала глазами Чу. Адептки отодвинулись от нее еще дальше, оставив одну, но она не унималась: - Что это за вздор! Всем и каждому известно, что истинные пары – это красивая легенда! Сказка и ничего больше!