- Вы… Вы не сердитесь на меня? – чуть отстранившись спросила Тари, при этом смотрела она исключительно на Ри, и мне пришлось корчить той рожи, чтобы она отмерла и нашла пару слов утешения.

- О, да, - кивнула Риана. – Ты молодец. И знаешь, из тебя выйдет прекрасная Повелительница! Несмотря на то, что я злюсь на Дарка Нербуса, продолжаю считать его самым привлекательным мужчиной, хотя и считаю, что девушкам лучше начинать отношения с поцелуев в привычные части тела – в губы, в щеку, а не с облизывания шеи и тем более с укусов.

- Поддерживаю! – улыбнулась я, и мы обнялись.

Мириться всегда так приятно, но есть все же хотелось. Однако, прежде, чем мы отправились в столовую, я все же спросила у Тари:

- Когда мы были в горной таверне, ты видела сиреневого филина над стойкой?

Она улыбнулась.

- Там была птица, Син. Но рыжевато-серая, а сиреневых филинов не бывает! – заявила подруга.

Глава 23

Хорошо, что мы прояснили наши отношения. Настроение стало лучше, но по-прежнему меня тревожил поединок, который намеревались устроить Нербусы. Не знаю, что произошло между родственниками в прошлом, но в любом случае это не повод выяснять свои отношения на глазах у женской части академии магии.

Переживала ли я за Энджея? Да! Да. Да…

Вот только не за его жизнь, а за его душевное состояние. Мне казалось, что Повелитель настолько расстроился из-за того, что его усилия не возымели эффект, и Тари не очнулась, что готов был сдаться без боя. Мой же дракон вряд ли догадывался об этом. Если случится нечто непоправимое, он потом не простит себе смерти племянника. И что в результате? Две загубленные драконьи туши. А в мертвом состоянии для драконесс и продолжения рода они бесполезны, можно только в королевства иных рас продать на эликсиры и опыты.

Определенно, Дарк запал на Тарису. Да и она не возражала против его прикосновений и внимания в целом, хотя еще отрицала сей факт. Мне же одной не удалось убедить Энджея отказаться от бредовой идеи, и я намеревалась заручиться поддержкой подруг.

После обеда.

А пока безумно хотелось есть!

Однако, когда мы подошли к дверям столовой и услышали разговор адепток, настроение упало. Причем, у всех. Обсуждали глупую выходку Рианы, неразумное поведение Тари, меня и Энджея, который не скрывал своего интереса и едва ли не пометил меня на глазах у всех, но основной темой был поединок. Всем было любопытно взглянуть на сражение двух черных драконов.

Любопытно…

А ведь поединок – это не игра, и вражда их связывает старая. Лично я об этом даже думала с болью, а уж смотреть и вовсе боялась.

- Я туда ни за что не пойду! – всхлипнула Тариса и отчаянно замотала головой. – Как стыдно… А если они видели, что он… что Повелитель меня целовал?

- Если видели, то завидовали! – решительно заявила Риана. – Он, знаешь ли, не каждую драконессу целует. Я вон вообще опозорилась, а ничего. Пойду и буду смотреть этим летающим авоськам прямо в глаза. И пусть только попробуют хоть что-нибудь вякнуть! Син, ты со мной?

Ри вопросительно посмотрела на меня.

- С вами, - улыбнулась я, обнимая подруг за плечи.

Так втроем мы и ввалились в столовую. Преподавательский стол пустовал. Несмотря на то, что разговаривали мы довольно долго, ни Повелителя, ни Энджея не увидели. Магистр Жардис мог отобедать и раньше, он предпочитал уединение, хотя держал все под контролем. Наверное, сейчас я надеялась, что он знает про поединок и не допустит столкновения драконов. Не зря ректор просил меня об этом перед занятием. Выходит – я не справилась.

Наш столик не занимали. Слишком уж склочный характер был у нашей Рианы, с ней боялись связываться даже драконы-самцы, проходящие дополнительные курсы магии. Глазки, конечно, строили, но на конфликт предпочитали не идти.

Для Ри признание и авторитет среди адептов многое значили, она из сил выбивалась, пытаясь везде и во всем быть первой. Я же, обладая довольно сильным даром, предпочитала его скрывать. Тариса вообще была миротворцем и всеобщей любимицей, но, как оказалось, так думала лишь я.

Не успели мы сесть за стол и пододвинуть к себе тарелки, как все разговоры стихли. Я сидела спиной к основной массе адепток, но даже ею чувствовала, как что-то назревает, словно среди ясного неба вдруг стали сгущаться тучи.

- Чаури… - процедила Риана.

С этой девицей она вечно соперничала за звание первой адептки, самой привлекательной, самой магически одаренной, самой популярной в академии. И, надо сказать, иногда ей проигрывала. Кроме того, Риане жутко не нравилось, что приятельницы Чаури сокращают ее имя до «Ри» - точно так же, как мы с Тари сокращали имя самой Рианы. Между собой мы звали Чаури – Чу.