— Не знаю точно, но догадываюсь. Только один наглый, блондинистый засранец может позволить себе такое и не бояться при этом отойти в мир иной.

— Там что, твой брат? — в панике голос срывается на писк, — не впускай его сюда. Я же… Я же…

— Так, я не понял, ты его боишься что ли? Он тебя обидел? — Дамир хмурится и, кажется, злится.

— Нет-нет, что ты! Просто, он ведь увидит меня здесь.

— И? — не понимает.

— Я в твоей постели…

— Да. И дальше-то что?

— Блин, Дамир, ну как ты не понимаешь?! Он ведь подумает, что мы… Что ты и я, ну, — перехожу на шепот, — вместе.

— Открою тебе, Ника, страшную тайну. Только в обморок не грохнись. Он уже в курсе, что мы вместе и что ты моя, — заявляет Дамир и нервно кричит в сторону двери: — Да иду я, блять! — выходит из спальни и идет к двери. Кажется, кому-то сейчас сильно влетит. — Сколько можно долбиться! Серый, грохну к хренам тебя, обломщик! — долетает до меня из коридора вместе со звуком открывающейся двери и глухим болезненным “Ох!” в исполнении Сергея. — Достал, какого хера приперся в такую рань? Заходи давай, рассказывай по-быстрому и выметайся.

Дальше разговор я уже не слышу, потому как начинаю в панике искать футболку, которая ночью была отброшена Дамиром в неизвестном направлении. И вот засада, нигде не могу ее отыскать. Голоса тем временем приближаются. Я понимаю, что они идут в сторону спальни. Точнее, один голос и он не Дамира. Боже, еще минута и Сергей зайдет в спальню, а я тут голая. Хватаю с пола покрывало и заматываюсь в него, как в огромное полотенце. Едва успеваю затянуть узел, как дверь в спальню распахивается и на пороге стоит Сергей.

— Алиллуйя! — всплеснув руками, говорит Сергей. — Ну наконец-то! Я уж думал, брат от спермотоксикоза загнется или кого-нибудь сломает. Озверел в конец.

— Я сейчас тебя сломаю! — Дамир врывается в комнату, отводит меня к себе за спину. Фух, аж дышать легче становится. Упираюсь лбом ему между лопатками, меня немного потряхивает и я дико стесняюсь. Не хотела я, чтобы кто-то узнал, что я ночую у Дамира. — Морду свою отвернул и нехер пялиться на нее. Какого черта ты вообще врываешься в мою спальню? Давно по роже не получал? — злится.

— Да ты сам свою рожу видел? Лимон пожуй, а то счастливый такой, аж скулы сводит, — парирует Сергей.

— Я тебе сейчас твои скулы-то поправлю.

— А вот этого не стоит, мама родила меня красивым, — откровенно издевается над нами этот самопровозглашенный красавчик.

— Придурок! — Дамир начинает смеяться, ловит мою ладонь и поглаживает ее. Его спина заметно расслабляется. Я тоже вместе с ним понемногу успокаиваюсь. Что ж, конфликт, видимо, исчерпан. Да и был ли он. Вся эта ситуация больше походила на какой-то дружеско-братский стеб. — Чего завалился в такую рань?

Стою и не знаю что делать. Встревать в их перепалку совсем не хочется. Мне сейчас лишнее внимание ни к чему. Но, с другой стороны, на мне лишь покрывало и то оно скоро спадет с меня, потому что со всеми этими резкими перемещениями, узел совсем ослаб и покрывало вот-вот рухнет к ногам.

— Дамир, — шепчу едва слышно, не отрываясь от его спины и касаясь кожи губами. Замечаю, как тело мужчины начинает немного подрагивать, а от места внезапного поцелуя разбегаются мурашки. Улыбаюсь.

— Малыш… — хрипло отзывается, — что ж ты творишь-то…

— Я не специально, просто покрывало сейчас упадет… — не успеваю договорить, как слышу грозное:

— Так, Серый, ну-ка свалил из спальни, Нике одеться надо, — и буквально выталкивает брата из комнаты под свой грозный рык и его дикий хохот.

Как только за Сережей закрывается дверь, Дамир резко разворачивается ко мне.

— Ну все, ты доигралась! — медленно двигается ко мне.

— А? Что? Так, стоп! Чего это я доигралась? Это не я притащила своего брата в нашу спальню! — я возмущена! Смотрите-ка, еще и я виновата, что тут не комната, а проходной двор какой-то! — Это не я тут с ним стояла и выясняла отношения свои братские, пока твоя девушка почти голая пряталась за твоей спиной! Так что нечего на меня рычать, Дамир! И вообще, ты чего лыбишься? — искренне недоумеваю, потому что я тут кричу на него, а он расплывается в улыбке.

— Наша…

— Что “наша”?

— Ты сказала “наша спальня”, — подкрадывается тихо ко мне и прижимает к себе, срывая с меня покрывало окончательно.

— Не… не говорила…

— Говорила, не отрицай. Значит, считаешь эту спальню, — обводит взглядом комнату, — нашей? Умница моя.

— Это просто оговорка…

— Угу, по Фрейду. Но мне нравится, малыш. Иди ко мне, сладкая. Хочу тебя целовать!