Окончательно для себя все решив и приняв ситуацию, я сама тянусь к Дамиру, сама прихватываю его нижнюю губу и, не отрывая от него взгляда, начинаю медленно ее посасывать, наблюдая, как темнеет его взгляд. Секунда, две… три… Я уже переживаю, что он передумал, потому что он даже не отвечает на поцелуй. Он и не дышит вовсе. Но потом… Потом я слышу громкий, грубый, звериный рык, который вырывается из груди Дамира. Он подхватывает меня под попку, усаживает на стол, вклинивается между моих разведенных ног и просто сносит своим бешеным напором. Этот его собственнический поцелуй не похож ни на один их тех, что он дарил мне ранее. Сейчас каждым своим прикосновением сильных рук, движением языка внутри моего рта, каждым укусом он заявляет свои права на меня, стремится оставить отметины везде, где только можно. Боже, если он сейчас такой, то что же будет, когда мы займемся сексом… От этой мысли резко бросает в жар и я чувствую, как влага приливает к самым интимным местам. Это одновременно и безумно приятно, и невероятно стыдно, ведь я без трусиков и сижу голой попой на кухонном столе.

— Ох, Дамир… Дамир, стой, подожди, пожалуйста… — из последних сил сопротивляюсь, но не потому что не хочу, а потому что кухня, все же, не самое подходящее место для подобного. Дамир меня не слышит. Он увлеченно зацеловывет мою грудь прямо сквозь ткань его футболки, прикусывает сосок, а его руки уже вовсю поглаживают внутреннюю сторону бедер, пробираясь все ближе к тому месту, что сейчас полыхает огнем желания.

Громкое шипение и брызги масла на сковороде помогают нам обоим прийти в чувство и вернуться в реальность, где мы на кухне, а на плите горит масло…

— Боже, Дамир, ты меня с ума сведешь, — говорю едва слышно, прижавшись губами к его шее.

— Кто бы говорил… — хмыкает парень и отходит от меня, помогая спрыгнуть со стола и поправляя на мне футболку. Сквозь смоченную его же слюной ткань проглядывают напряженные соски, что не остается без внимания. — Блядь, Ника, ты — ходячее порно!

— Ну, допустим, это, — указываю на свою грудь, — сделал именно ты. Так что, сам виноват! — подмигиваю, разворачиваюсь и закидываю на сковороду нарезанные помидоры и ветчину. Дамир же внезапно запускает руку под мою футболку и проводит пальцами по мокрым складочкам, при этом довольно урча. — Дамир, что ты…

— И это тоже сделал именно я, — довольно заявляет он, растирая мою влагу между пальцами.

— Ах, ты! — пытаюсь возмутиться.

— Ах, я! — картинно выдыхает Дамир, окончательно отходит от меня и усаживается за кухонный стол с невероятно довольным видом. — Ну, что, Зеленоглазка, накормишь своего мужчину? — спрашивает, внимательно смотрит на меня и ждет моей реакции.

— С удовольствием накормлю, — отвечаю спустя пару мгновений. Дамир выдыхает, заметно расслабляется, словно был напряжен все это время в ожидании моего ответа. Теперь же на его лице блуждает ленивая ухмылка.

— Умница, малыш.

Дальше готовка проходит в относительном спокойствии, без резких эмоциональных встрясок. Я суечусь у плиты, накрываю на стол, Дамир помогает расставить тарелки и кружки, разливает чай. Я раскладываю омлет по тарелкам, сажусь напротив своего парня. Боже, как же приятно это звучит. Но Дамира такое мое положение не устраивает. Поэтому он молча и с задумчивым видом переставляет мою тарелку ближе к своей и перетягивает меня к себе на колени. Целует оголившееся плечо и все также молча начинает уплетать омлет.

— Ммм, спасибо, было очень вкусно, — протягивает словно сытый кот, — никогда еще не ел такой вкуснятины.

— Я рада, что тебе понравилось, — я тоже уже закончила свой поздний ужин… Или правильнее сказать ранний завтрак, ведь часы показывают половину пятого утра.

Поднимаюсь, начинаю прибирать со стола, и тут у меня случается ступор. Дамир моет посуду. Нет, я совсем не против, но я собиралась это сделать сама и уж никак не ожидала, что это будет делать он. Зависаю посреди кухни с открытым ртом.

— Что? — удивляется Дамир.

— Да так, ничего, просто… не ожидала, что ты примешься мыть тарелки и кружки.

— Ну, ты готовила, накрывала на стол. Помыть посуду — меньшее, чем я могу тебе помочь, — как ни в чем не бывало, отвечает и возвращается к своему занятию. — Давай сюда кружку.

— А, да, вот, держи…

Закончив с уборкой на кухне, Дамир берет меня за руку и ведет в спальню. Странно, но теперь, после того, как я окончательно приняла решение не сопротивляться своим чувствам к Дамиру, меня совсем не страшит перспектива оказаться с ним не просто в одной спальне, но и в одной кровати.