— Чтобы причинять ему ежедневную боль?

— Что вы имеете в виду?

— Вы разве не понимаете? Он вас любит. Он вас хочет, как мужчина, но этого вы ему дать не можете! Он терпит ради вас, истязая себя, но для чего? Полюбить вы его не сможете, так может пора освободить? Ему станет легче. Кай забудет, а вы будете счастливы, — томно, и так проникновенно говорил кузен, что на секунду ты поверила ему, и сочла, что он прав, но в этот момент, пьяный граф у окна потерял сознание, с грохотом падая.

— Что это?! — испугалась ты, и тот час же на шум сбежались слуги. Кая начали поднимать, и нести на второй этаж. Ты направилась за ними, но Адам остановил тебя, хватая за руку.

— Стойте, не надо. поехали со мной.

— Нет! Нет! И ещё раз нет! Я не люблю вас, не любила и не полюблю никогда, Адам! Я прошу вас, езжайте. Избавьте меня, от своего присутствия. Ваши интриги наделали делов, но меня не проведешь! — злобно говорила ему, не скупясь на эмоции, — я не нарушу свою свадебную клятву. Мое место тут. С моим знакомым мужем. А вы…вы ещё будете отвечать перед богом и совестью, за все, что сделали и делаете! Езжайте. В Добрый путь, и прошу вас, не возвращайтесь более. Каю не нужен такой друг, — гордо произнесла, сжимая кулаки, и сразу же убежала наверх.

Его светлость отнесли в спальню, так что тревожить его сегодня ты не хотела, спокойно отправившись к себе, но заснуть не получалось. Ты вертелась в постели, а сон все не приходил, и вот на рассвете, услышав звук повозки и лошадей, вскочила, подойдя к окну. Адам не спешно собирался уезжать, и ты дождаться не могла, когда этот лицемерный человек сядет в повозку и скроется в утреннем тумане. Стоя у окна, провожала его холодным взглядом, буквально считая минуты, и когда лошади тронулись от ворот, облегчённо выдохнула.

— Не знаю, что вы там вчера наговорили его светлости, но надеюсь я смогу наконец все нормально объяснить, — прошептала, открывая окно и вдыхая свежий, утренний воздух, — теперь все будет по-прежнему…

44

Не решаясь на разговор с супругом, ты долго ходила по своей спальне. Было осознание, что сегодня именно тот день, когда нужно расставить все точки. Наконец собравшись, вышла и направилась в его кабинет, но мужа там не оказалось.

— Наверное он в своих покоях… — размышляла ты, — стоит ли мне туда идти? Или подождать?

Всё-таки, не долго думая, решилась пойти, и не смело постучала в дверь. Граф спал, с похмелья, и не сразу понял, что происходит, но когда открыл двери, очень удивился, ведь был уверен, что на рассвете ты уехала с Адамом.

— Анна? — робко прошептал мужчина, думая, что ему это снится, — что вы тут делаете? — спросил, закрывая лицо маской.

— В каком смысле? — не понимая, переспросила его, — пришла поговорить. Вас не оказалось в кабинете и я…

— Нет, почему вы не уехали?

— Куда?

— С ним. Вы ведь согласились, — с грустью говорил граф, упираясь на свою трость.

— Ох, я никуда не собиралась ехать. С чего вы это взяли? — удивилась.

— Ну как же? Адам сказал, что вы с ним любите друг друга и едете в столицу. Разве не это вы с ним обсуждали вчера ночью?

— Ваш кузен поистине мерзкий человек, — сцепив зубы сказала ты, — я так понимаю, нам нужно поговорить на чистоту, ведь нас обоих пытались обмануть и ввести в заблуждение. Можно зайти? — уточнила, делая шаг вперёд, не дожидаясь ответа, и его светлости ничего не осталось как впустить тебя.

Его комната выглядела довольно уютно. В центре, стояла большая кровать, с небрежно разбросанными простынями и несколькими подушками. Рядом тумбочка, сверху которой лежали пару книг и какие-то бумаги. Одна из стен, выглядела подозрительно пустой. Это на ней было зеркало, которое граф разбил. У другой стены, противоположной окну, находился комод, над которым висел портрет, где были изображены мужчина и женщина, с младенцем на руках.

— Это ваши родители? — спросила, хотя уже понимала, что это они, ведь видела другие их портреты по дому.

— Да, — сказал граф, сев на край кровати, завязывая на затылке ленту от маски, а после продолжил, — так, что нам нужно прояснить?

— Ну, во-первых то, что я никуда не собиралась уезжать. Не знаю, что вам наговорил ваш кузен, но это скорее всего ложь. Кроме… — замешкалась ты, пытаясь упомянуть тот злосчастный поцелуй, но словно боялась.

— Кроме чего?