— Она помахала мне рукой? Помахала мне?

— Спуститесь, встретить ее?

— Что? Нет! — смущённо ответил граф, — нет! Я… пойду к себе…в кабинет… спуститесь к ней вы.

— Как скажете, — и управляющий ушел вниз. Подойдя к тебе во двор, старик поздоровался.

— Добрый день, — ответила ему, отпуская пёсика, — ужин ещё не готов? Я очень голодна.

— Я безмерно рад вас видеть, госпожа. Его светлость, очень переживал за вашу поездку. Все прошло хорошо? Ничего не случилось в дороге?

— Нет. Но если его светлости интересно, он может поговорить со мной за ужином. Он ведь будет ужинать? — очень задорно спросила ты.

— Да, конечно. Приказать накрывать на стол, госпожа?

— Прикажите. Я переоденусь и спущусь. И не забудьте распорядиться, чтобы накормили пёсика. Кажется он тоже очень голодный, — молвила ты, уходя в особняк.

24

Жизнь в поместье стала для тебя более спокойной и размеренной. Узнав о своем супруге все, ты успокоилась и приняла такую судьбу. Убегать уже не хотелось, ведь в тебе созрела жалость к его светлости. Было бы очень жестоко с твоей стороны, оставить этого глубоко одинокого человека. Кай так добр к тебе, и даже слишком. Уважает тебя, и не делает ничего, чего бы ты не хотела. Наверное этот брак, не так уж и плох, если задуматься.

Так, прошла целая неделя, после визита к Саре. Ты каждое утро играла для мужа на рояле, или читала книги. Вы завтракали вместе, после чего ты проводила время в саду, или в конюшне. Его светлость тоже, иногда приходил. Перекидываясь парой слов, у вас невольно завязывался приятный разговор. Иногда эти беседы вполне походили на дружеское общение, что несомненно радовало молодого графа. Вот и сегодня, тебе захотелось прогуляться и посмотреть на Аделаиду. Его светлость не мог упустить такую возможность и тоже пришёл следом.

— Вы скучаете по верховой езде? — произнесла ты, не оборачиваясь, и продолжила гладить лошадь, сквозь ограждения.

— Немного, — ответил граф, — Аделаида совсем не бодается. Как вам это удалось?

— Я хожу к ней каждый день. Иногда даю яблоки, — улыбнулась отвечая, — лошадь привыкла.

— Все равно, не будьте так беспечны, Анна, у Аделаиды скверный характер. Она даже меня скинула.

— Да? — удивлено сказала, — когда это случилось?

— Больше года назад наверное.

— Так вы ходите с тростью, потому что упали с лошади? Именно с Аделаиды? — переспросила, повернувшись к нему лицом.

— Это было так давно. Не берите в голову.

— А что говорит доктор? Вы ведь лечились?

— Лечился, только вот без толку. Я больше не смогу нормально ходить, и тем более взбираться на лошадь как раньше, — ответил мужчина, поправляя свою маску.

— Мне так жаль, — сказала, опуская глаза, и продолжая гладить гриву животного.

— Не подходите к ней, когда она вне стойла. Мне не хочется, чтобы эта кобыла вас ранила.

— Хорошо, я не буду, — послушно кивнула.

— Что же… — замялся граф, не зная как продолжить разговор, — я пойду к себе. Отдыхайте, Анна.

— Да, идите, а я ещё погуляю в саду.

Мужчина удалился, а ты бродила около конюшни думая о своем супруге. Он так ласково относится к лошади, хотя из-за нее вынужден ходить с тростью. Любит ее, восхищается и это вызывает умиление. Внезапно мимо проходил управляющий, и ты решила расспросить его об этом происшествии более подробно.

— Простите, — окликнула старика, — можно вам задать вопрос?

— Да, графиня. Я вас слушаю, — любезно ответил, любезно улыбаясь.

— Вы помните тот день, когда его светлость упал с лошади?

— Конечно помню. Знатно всех напугал, но благо обошлось. Думали, что травмирован позвоночник. А почему вас это интересует?

— Его светлость так трепетно относится к Аделаиде. Эта лошадь то и дело бодается, не слушается. Почему бы ее не продать и купить другую? Послушную.

— Граф очень дорожит этой кобылой, ведь ее ему подарил покойный отец.

— Вот оно что, — произнесла ты.

— Да, Кай с самого детства имел тягу к животным, но вот не задача, у него все время была жуткая экзема. И только после лошадей руки не чесались. И вот не задолго до своей кончины, старый граф приобрел Аделаиду. Его светлость был в восторге. С того самого дня, не отходил от нее. Но эта лошадь сразу показала свой скверный характер. Оседлать ее было невозможно, но Кай не сдавался и ему это все таки удалось. С тех пор конные прогулки были неотъемлемой частью жизни молодого господина. Но прошлым летом Аделаида слишком сильно брыкалась, и в конечном счёте скинула графа из седла.

— Какой ужас, — шепнула гляда на эту самую лошать, что спокойно жевала сено.

— Да, несколько недель он провел в постели, но все таки стал на ноги. Правда лишь с тростью. С тех пор без нее не может, — говорил старик.

— Спасибо, что рассказали.