От собственного бессилия я сжал кулаки. Практически сутки сижу в комнате дознания без возможности связаться со своей семьей. Видите ли, следователь только сейчас освободился и допрашивал всех обвиняемых в порядке живой очереди. Но, ясное дело, я оказался последним. А все из-за встречи с псом Сумрака. Отомстить бы гаду! Да только себе дороже будет.

— Ничего из того ответа не выходит, — тихо процедил я.

— Вы не отрицали того факта, что его видели.

— Я понял, — с трудом не огрызнулся я, но рычание в голосе было трудно сдержать. — Еще раз повторяю. Я ничего не видел и не слышал о Кривом Эре. Я не имею никакого отношения к нападению его банды на омнибус с пассажирами!

— Я советую вам сохранять спокойствие и, конечно же, сотрудничать со следствием.

— Я спокоен.

— Хорошо. Я подожду, пока вы окончательно успокоитесь. Сделаем перерыв, — сказал следователь и как ни в чем не бывало встал.

— Я спокоен. Давайте продолжим допрос, — сделал я попытку воззвать к совести дракона.

Да хрен там! Он молча вышел, даже не взглянув на меня. Не выдержав всего этого беспредела, я врезал кулаком по металлическому столу, оставив там внушительную вмятину. Моментально в помещении замигала красная лампочка, а по тому, как стремительно в допросную ворвался конвой, я понял, что еще не скоро выйду отсюда. Вот же гадство!

— Я требую адвоката! — заявил я.

— Будет тебе адвокат, когда… найдется, — последовал ответ.

Затем мои руки завели за спину и сковали наручниками, а потом принялись составлять протокол о моем невменяемом поведении и порче казенного имущества. Мне хотелось выругаться, но пришлось замолчать. Вдруг в нашей империи и за сквернословие при людях в форме положено наказание?

Гребаный трындец! Меня продержали трое суток в допросной, задавая одни и те же вопросы по кругу. Я чувствовал себя последним психом. Даже закралась мысль, что, признайся я соучастником Кривого Эра, меня и то побыстрее освободили бы.

Чертов адвокат так и не успел прибыть вовремя. А единственный магический вестник, что мне позволили сделать, ушел впустую, потому что отец не ответил.

Я вдыхал свежий воздух свободы и не мог им надышаться, стоя на крыльце управления. Казалось, что вонь допросной комнаты буквально въелась в мой нос. Хотя чему тут удивляться? От меня самого разило таким амбре, что в пору лапы двинуть! Трое суток в одной и той же одежде — это для меня нонсенс!

— О-о-о. Вы, наверное, мой клиент. Вы лорд Стрикс?

Передо мной возник плюгавый и прыщавый малец в очках. Чистой воды адепт-задрот, вчерашний выпускник, одетый в обычный, но не пошитый на заказ костюм.

— Только не говори, что ты мой адвокат, — прорычал я.

— Именно так.

Я схватил его за грудки, желая вытрясти из него душу:

— Ты что, сюда полз? Я там тр-р-рое суток пр-р-р-ровел!

— Очередь же, лорд Стрикс. Я — государственный адвокат и, как назло, заявлений поступило очень много, — проблеял малец.

— Адвокат Рой, на вас напали? — а мне казалось, что я больше никогда не услышу этот холодный и безэмоциональный голос голема-дракона, что будет мне сниться в кошмарах.

— Я ни на кого не нападал, — медленно ответил я, следя за каждым своим словом.

Потому что я узнал, что сквернословить в общественном месте действительно нельзя, поэтому придется оплатить штраф. Хотя плевать мне на штраф, но вот то, во что выльется для меня оформление этой бумажки, вызывало нервный тик. Еще трое суток просидеть, подписывая бумаги, я не хотел. А мне это наверняка устроили бы.

Я поставил мальца на ноги, огладил руками его дешевенький костюмчик, поправил сбившийся воротничок и даже очки посадил ровно на переносицу точным движением пальца. В общем, привел его в нормальный вид, чтобы ни к чему нельзя было прикопаться.

— Адвокат Рой? — спросил следак у мальца.

Ясное дело, мне тут никто не верил. Плевать ему было на мой титул и положение в обществе.

— Все в порядке.

— В таком случае, лорд Стрикс, прошу вас следовать за мной.

— Что? Это еще зачем? Я же свободен? И адвокат не имеет ко мне претензий! — чуть не задохнулся от возмущения я.

— Нам стало известно, что вы указали не обо всех источниках своих доходов и счетах.

— О чем вы? — кажется, у меня дернулся глаз, но ведь драконы не болеют.

— Вам знаком банк «Империя-шторм»? — на дне глаз следака, форма на котором стоила не меньше, чем мой костюм, зажегся предвкушающий огонек торжества, но потом он слишком быстро пропал.

Да вы издеваетесь, что ли?!

— Знаком, — пришлось процедить мне.

— У вас там обнаружена сумма, равная трем золотым монетам, одной серебряной и восьми десяткам медяков.

— Это же сущие копейки!

— Мы разберемся, — невозмутимо ответил следователь.

— Да я уже и забыл об этом счете! Давно им не пользуюсь!

— Однако в причинах вашей забывчивости мы тоже разберемся. Было ли это сделано умышленно или нет.

— Мать драконья!