Ветер тихо шелестит в кронах деревьев, унося прочь всё напряжение.

Через какое-то время, когда мои всполошенные мысли немного улеглись, и в душе начало зарождаться подобие умиротворения, тишину нарушает знакомый голос.

-- Привет.

Открываю глаза и удивлённо смотрю на Леона.

Вот кого я тут не ожидала увидеть так это его.

-- Привет. Ты тоже здесь. – зачем-то озвучиваю очевидное.

Он улыбается, подходя ближе.

Впервые ощущаю неловкость в его обществе. Причину, которой не могу объяснить себе.

-- Почему ты так спокойно оставила своего мужа с этой хищницей? – задаёт вопрос шутливым тоном, но в глазах застыл неподдельный интерес.

По моему телу проносится нервная дрожь.

Он следил за мной?

Зачем?

Пока я пытаюсь подобрать слова, чтобы ответить на его вопрос и одновременно разобраться в своих чувствах, Лёня присаживается ближе, хотя в беседке полно свободного места. Его рука небрежно ложится на спинку скамьи, почти касаясь моего плеча.

-- Она мизинца твоего не стоит. – отвешивает мне банальный комплимент, так словно пытаясь подбодрить.

Но его слова звучат как-то… двусмысленно. Будто за ними скрывается нечто большее, чем просто дружеская поддержка.

Он смотрит на меня с каким-то новым, незнакомым выражением в глазах.

И я понимаю, что он всё знает… о них…

Но откуда?

Беру в руки бокал и допиваю ставшее тёплым шампанское.

-- Что-то прохладно стало. Замёрзла. – откровенно вру, поднимаясь на ноги. – Хочу вернуться в дом.

Отворачиваюсь в сторону выхода, грубо пресекая попытку проводить меня, но Леон будто ничего не замечает.

-- Конечно. Давай вернёмся. – ровняется со мной.

По коже бегут электрические разряды от мысли что Шакуров может увидеть нас вместе.

Не оттого, что вроде как ослушалась требования, я просто не хочу его открытого конфликта с Лёней.

Леон - молодой парень, у него нет опыта, силы и власти Шакурова. Ему не выстоять против Айдара. Это будет неравное противостояние. И я не хочу, чтобы мой друг пострадал.

Войдя в основной зал, избавляюсь от компании Лёни под предлогом того, что мне нужно в уборную. Дойти до которой мне не удаётся, потому что дорогу мне пресекает… Белла.

-- Здравствуй, Лера. – она улыбается, можно даже подумать, что вполне искренне, если не знать некоторых подробностей о ней.

-- Чего тебе? – спрашиваю, не скрывая раздражения.

Лицемерить подобно ей я не намерена.

Блондинка чуть приподнимает брови, изображая удивление.

-- Как грубо. – говорит, окидывая меня взглядом с ног до головы. – И что он в тебе нашёл?

Удар ниже пояса. Я с трудом сдерживаю себя, чтобы не ответить ей тем же. Но это было бы слишком примитивно. И слишком предсказуемо.

Вместо этого я спокойно, но холодно отвечаю:

-- Будь любезна, исчезни.

Взгляд Беллы меняется, в нём мелькает настоящее, неприкрытое бешенство.

Злость, ревность, презрение. Всё сливается воедино, искажая её лицо, которое она тут же пытается вернуться к прежней маске. Но её выдаёт дрожь в уголках губ и неестественный блеск в глазах.

Блондинка прячет эти эмоции за новой порцией фальшивой улыбки, которая теперь выглядит отвратительно.

-- Только сначала ответь: тебе понравилось фото? – цедит сквозь зубы.

В этом вопросе нет ни капли заинтересованности, только насмешка и стремление задеть побольнее. Она наслаждается моментом, предвкушая мою реакцию, желая увидеть, как я сломлюсь и покажу слабость.

-- У меня есть более эстетичные фото, если захочешь полюбоваться – пиши. Так и быть скину тебе.

Сука!

Сжимаю руки в кулаки, подавляя вспыхнувшее желание вцепиться ей в волосы.

-- Пошла вон отсюда. – гремит злое, откуда-то сбоку.

Поворачиваюсь и наблюдаю убийственный взгляд мужа, направленный на Беллу.

Она тут же сжимается вся.

-- Айдар… - пытается что-то сказать, но Шакуров лишает её такой возможности.

-- У тебя минута чтобы скрыться с моих глаз.

Белла бледнеет на глазах, её тело начинает мелко трястись. Она судорожно сглатывает, но не смеет ослушаться. Её гордость и самолюбование исчезают в один миг, уступая место страху.

Не желая быть свидетелем их разборок, отворачиваюсь и обогнув перепуганную блондинку, скрываюсь в туалете.

Закрываюсь на замок, задыхаясь от смеси злости, обиды и облегчения.

Подхожу к раковине и долго умываюсь холодной водой.

Прохлада обжигает кожу, немного приводя в чувство.