Я вспомнила, как в пору, когда работала горничной при Клаудии, встречала большинство из претенденток на место фрейлин во дворце. И они тоже, возможно, помнили это, если обращали внимание на прислугу. Но сейчас все усиленно делали вид, будто я едва ли не всю свою сознательную жизнь была королевой. Приторные улыбки расцветали на красивых, молодых лицах. Не все открытые, но все выражающие неподдельный интерес к этой должности, которую мечтали получить. Впрочем, могу поспорить, еще сильнее большинство из девиц хотело занять мое место, рядом с Грегором.

«Как же тяжело будет выбрать!» — подумала я и прошла вперед, решив, что устроюсь вместе с королевой Марией на диване. А девушки будут по одной садиться напротив в широкое кресло и рассказывать о себе.

Так и поступили.

Мария молча следовала за мной. Села рядом. Спина ее была прямой, почти неестественно, если учитывать возраст дамы. И я, пытаясь подражать бабушке Огненного, тоже приняла похожую позу, понимая, что долго не выдержу. Но придется.

— Итак, начнем, — я указала первой из претенденток место в кресле, заметив, что остальные удивленно переглянулись. Видимо, не ожидали, что все будет проходить именно так, в их присутствии.

— Присаживайтесь, леди, — сказала я миловидной блондинке в розовом платье, — расскажите немного о себе, — велела я, когда девушка послушно села и, сложив руки на коленях, взглянула мне в лицо. Ох и взгляд же был у этой юной леди. Прикрытый покорностью, острый и любопытный.

— Не молчите, леди Бранхельм, — сказала вдовствующая королева, — не тянети время. Видите же, как вас много, а Ее Величеству нельзя переутомляться. Так что, чем быстрее вы все, — это уже предназначалось собравшимся, — расскажете то, что желает услышать королева, тем быстрее мы закончим!

Я мысленно поблагодарила Марию, отметив, что в отличие от меня, пожилая дама, видимо, прекрасно знала всех, кто находился в гостиной. И сделала себе заметку на память. А девица порозовела лицом, затем кивнула и начала. Остальные за ее спиной заколыхались морем, мельтеша перед глазами яркими пятнами своих одежд. И я поняла, что день предстоит трудный. Намного труднее, чем я могла себе вообразить.

Лорд Вендель Роттергейн проявил настойчивость и, хотя Грегору хотелось запретить Водному приехать со своими ненужными никому извинениями, он не ответил отказом на письмо лорда. Наверное, потому что понимал — Вендель все равно приедет. И причина совсем не в том, что ему стыдно за дочь. Нет. Грегор догадывался, что о похождениях наследницы, водный знал. А значит, он ехал сюда, чтобы разнюхать положение в столице и, в частности, во дворце.

«Пока милорд будет гостить, мои люди смогут более тщательно осмотреться в Ранногаре, — думал Грегор, постукивая пальцами по столешнице, — должно же быть что-то, что поможет мне на законных основаниях сместить главу водных с его должности!». Этот хитрец был всегда осторожен. И хотя Грегор подозревал лорда Венделя во многих грехах, Роттергейн оказался слишком умен, чтобы не оставлять за собой следы.

В двери постучали, и король вскинул голову, отвлекаясь от мыслей о несостоявшемся, к его радости, родственнике.

— Да! — произнес спокойно.

Дверь открылась. Появившийся на пороге слуга отрапортовал:

— Ее Величество, королева Лея занимается отбором претенденток на должность фрейлин, — сообщили ему.

— Моя бабушка вместе с ней? — уточнил Грегор и получив утвердительное: «Да, сир!» — взмахом руки отпустил слугу. Тот факт, что Мария приглядывает за его молодой женой успокаивал короля. А будь его воля на момент приезда дорогого и крайне нежеланного гостя в лице Роттергейна, он бы запер Лею подальше от дурного глаза Водного. Не то, чтобы Грегор боялся, что не защитит жену. Нет. Он за нее был готов глотку перегрызть любому, даже находясь в облике человека. И все же, не хотелось провоцировать конфликт.

«Я уберу Венделя тихо и мирно, — сказал сам себе молодой король. — Чтобы Водные не вздумали поднять бунт из-за своего главы!» — все же не признать значимость Роттергейнов и силу он не мог. Все стоило проделать менее опасно и более спокойно. Нет, конечно он мог приказать схватить Венделя вместе с его дочерью. Повод был, но что бы последовало вслед за заточением? Только казнь, которая непременно потянула бы за собой мятеж. А Грегору меньше всего на свете хотелось бы сейчас терять людей, даже тех, кто не принадлежит к его собственному роду.

Мысли молодого мужчины резко сменили свое направление. Он вспомнил о том, что его супруга тоже принадлежит к Водным, хотя и не является драконом, одной из них. Но ее брат…

Грегор вздохнул и скрестил руки на груди. Память снова сделала резкий скачок, переметнувшись к более приятному воспоминанию, которое не оставляло его последнее время. Снова и снова перед взором представала Лея. Она лежала под его руками, таяла от его поцелуев, прогибалась в ответ на его прикосновения.