Муж начал свою изощренную игру, наполняя меня собой, вбиваясь в мое податливое тело. Желание волнами пронзало кожу, заставляло кровь бурлить, зарождая во мне вулкан, который вот-вот должен был извергнуться и поднять к небесам наслаждения. И я двигалась вместе с ним. Обхватив его бедра ногами, а плечи руками. Постанывая и мысленно умоляя его не прекращать, чувствуя, что еще немного и взорвусь, разлечусь мелкими осколками страсти, чтобы после снова стать единым целым.

Его пальцы с силой сжимали мои бедра, но я почти не чувствовала этого и, думаю, сама не менее жадно держала покатые плечи. Грегор что-то прорычал, став похожим на хищного зверя, вошел в меня резко и глубоко, на мгновение замер, словно переводя дух, а я в тот миг уже и не чувствовала ничего. Огонь растекся по коже, вспыхнул, поднимая к небесам. Кажется, муж что-то сказал, несколько резко и удивленно, но мне в тот миг было не до него. Сжав сильные плечи, я задрожала всем телом, почти умирая от острого наслаждения, тая в руках Огненного, растворяясь в нем. Грегор снова начал двигаться. Уже быстрее, будто пытаясь догнать меня, взлететь вместе. Несколько резких движений, и он тоже затих, наклонился вперед, уткнулся лицом в мои волосы. Но уже позже, когда мы пришли в себя, он спросил:

— Ты знаешь, что вспыхнула?

Я выровняла дыхание и принялась поправлять лиф и плечики. На белые рваные кружева взглянула с тоской, но Грегор, заметив мой взгляд, произнес:

— Вот еще печаль. Я закажу тебе сотню таких. Хотя, мне было бы лучше, ходи ты вообще без белья, — и улыбнулся, глядя мне в глаза.

— Вы намерены часто приглашать меня в свой кабинет? — пошутила я, поддержав его игру.

— И не только в кабинет, — он поправил штаны, застегнул ремень, — но и в спальню, и в библиотеку, и в оружейную… — его глаза сверкнули, — благо, во дворце достаточно комнат, которые очень надо посетить. Но, — тут его голос стал более твердым. — Вы так и не ответили на мой вопрос, милая жена. Я видел, как вы вспыхнули. Неужели наш ребенок… — он запнулся, а я отчаянно покраснела. Затем кивнула.

— Вот как, — Грегор запустил пятерню в растрепанные моими руками кудри. Пригладил, а затем встал на ноги и оглянулся на фамильное древо, переливавшееся розовыми и голубыми звездами. Та, что находилась на самой вершине, горела намного ярче, чем в день, когда я впервые увидела ее. И это означало только одно: наш малыш растет, развивается.

Я скользнула руками к плоскому животу, понимая, что уже скоро он начнет расти. А вместе с ним и наш ребенок, будущий Огненный и правитель этого королевства.

— Давай я позову слуг, пусть принесут нам что-то перекусить, — Грегор лениво подхватил с ковра кружева и бросил в огонь. Пламя мгновенно сожрало тонкую работу мастеров, и потянулось выше, будто требуя добавки.

— Огненные не боятся огня, — зачем-то сказал Грегор. Он наклонился к камину и смело сунул руку прямо в огонь. Я даже вздрогнула, опасаясь, что произойдет неизбежное. Но пламя лишь обхватило пальцы и отпустило, едва король убрал ладонь.

— Я думала, огонь подвластен вам, только когда вы в образе драконов, — произнесла, вспомнив о том, что Арман, к примеру, был водным, но что-то я не слышала о том, чтобы водные могли дышать под водой, если не находились в своей второй ипостаси. Впрочем, у брата дракон был другой. Совсем не похож на величественного Дракона Грегора. У Армана был длинный, с усами, как у сома, плавниками и короткими лапами. Зато плавал преотлично.

— Мне любопытно, как отреагирует пламя на тебя, Лея, — вдруг произнес муж, а я на мгновение застыла, чтобы потом рассмеяться.

— Нет, Ваше Величество, — заявила решительно. — Вы не заставите меня сунуть туда руку. Ни за что! Лучше помогите мне со шнуровкой, как обещали.

Грегор усмехнулся и наклонился ко мне. Взял в руки концы шнуровки и потянув меня на себя, почти заставив положить руки ему на плечи.

— Даже не подумаю заставлять тебя делать такие глупости. Даже будь ты сотню раз огненной драконицей, я бы не попросил тебя о подобном.

— Но… — протянула я, понимая, что он недоговаривает.

— Но мне все же интересно, — признался Грегор.

— Вот пусть ваше любопытство, мой король, успокоиться. Потому что я точно не огненная драконница и хочу, чтобы моя рука оставалась такой же нежной и без уродливых ожогов.

Муж наклонился, поцеловав мою шею, а затем начал весьма ловко приводить в порядок мое платье, отчего неприятный холодок забрался под кожу. И я поняла, что думаю о тех женщинах, на которых Грегор учился зашнуровывать подобные наряды. Ревность неприятно уколола, но я старательно прогнала ее прочь, напоминая себе, что теперь Грегор принадлежит только мне и никому больше. И он сам пожелал разорвать наш договор, чтобы брак остался таким, каким его видели боги, соединившие нас.

В двери кабинета тактично постучали, напоминая Грегору о том, что мы с ним все же находимся не в нашей супружеской спальне. И муж, поправив последние складки на моем платье, встал и шагнул к двери, на ходу спросив:

— Кто?

— Ваше Величество, это Поттерр, — донеслось из-за закрытой двери.