— Что ты творишь?! Я сказала, что не поеду с тобой в Питер! Не заставишь!

— Плевать мне на Питер!

— Врешь!

— Нет! — идет ко мне, смотря поистине безумным взглядом. Невольно вспоминаются слова Ланы о том, что он возможно мучил Таю. Но я не могу в это до конца поверить. Сердце к этой правде не лежит. — Это мне неважно.

— Тебе важно подчинение и…

— Все, остановись, — требует он разбитым голосом. Прижатая к комоду, я безотрывно смотрю на него. — Так больше нельзя.

— Что… нельзя?

— Нельзя нам так больше жить, — останавливается в каких-то сантиметрах от меня. — Забудь о разводе. Мы будем жить нормально.

Вцепившись пальцами в комод, я боюсь двигаться. Я упаду, если не буду иметь этой опоры позади.

Пристально смотря, Мирон тоже не двигается. Ждет реакции. Но ее нет. Я не способна ее сейчас выдать. Мыслей почти нет. Я могу лишь прокручивать в голове его последние слова, которые не думала, что когда-нибудь услышу.

Может, он все еще пьян?..

— Будешь молчать? — спрашивает он, сглотнув.

Приоткрываю губы, но, передумав, ничего не говорю и отлипаю от комода, быстро иду в сторону. Отхожу к окну, открываю его, впуская в комнату прохладный воздух. Вдыхаю его, откинув голову чуть назад.

Позади меня полная тишина.

Только хуже стало. Думала, что свежий воздух и не видеть его перед собой поможет, но я по-прежнему задыхаюсь, не зная, как себя вести.

Что я за человек такой… Почему я не нахожу ответа для того, кто отталкивал меня от себя целый год, которому вдруг захотелось наладить отношения.

Это какая-то... неправда. Мирон не меняет своих решений вот так просто. На все у него есть причины. Когда Тая умерла, он забросил все дела, прожигал свою жизнь долгое время, но потом, когда уже был на самом краю, внезапно очнулся и решил, что с этим нужно заканчивать. Тогда в его жизни появилась я. А теперь он снова хочет перемен.

— Лиля…

Дергаюсь, когда слышу свое имя в такой производной. Он никогда меня так не называл. Прямо мурашки по коже...

— Интересно, как ты это себе представляешь… — наконец, выдыхаю. — Что в твоем понимании «нормальная жизнь»…

Только я начинаю слышать его приближающиеся шаги, сразу оборачиваюсь.

— Будет, как ты хочешь, — произносит Мирон, чем повергает меня в еще больший шок.

— Почему?.. Потому что тебе внезапно захотелось?

Он, наверное, стал чувствовать, что теряет меня, вот и сделал новый прием, на который мне ничего не стоит купиться.

Но нет. Я этого не сделаю. Мирон умеет завуалированно подсовывать совершенно не то, что я хочу. Так и с нашим браком изначально было.

— Ты не хочешь?..

— Не хочу, чтобы меня снова обманывали. Я твоей ложью сыта по…

— Никакой лжи, — уверенно выдает муж, приближаясь. — Я не обещаю, что все получится сразу, но я готов попытаться.

— Да? До сих пор ты говорил, что наш брак идеальный; такой, каким и должен быть, и что жаловаться мне не на что. А теперь ты готов признать, что жить в таком браке невозможно? — в душе у меня разыгрывается удушающая ярость. — Ах да, точно. Брак стал невозможным, как только я вышла из нужного тебе состояния.

— Лиля…

— Хватит! Не называй меня так! Ты меня больше не обманешь! Жить нормально с тобой — невозможно! Ни одна женщина не сможет! И я не смогу!

Хочу снова пойти к шкафу, но Мирон возникает передо мной, и я шарахаюсь от него как от огня, когда он пытается дотронуться.

Пусть даже не смеет ко мне прикасаться!

— Ты что, правда думал, что стоит тебе только сказать мне пару слов, так я сразу кинусь тебе на шею и буду делать, что ты скажешь? Например, поеду с тобой в Питер, перестану жить в этой комнате…

— Нет.

— Что нет-то?! Ну не верю я тебе! Не верю! — всплескиваю руками. — Ты обманом загнал меня в этот брак! Обманом! Сделал это мастерски, конечно, при этом дав мне надежду думать, что я буду любимой женщиной! А я никто! Уже год как! И все только хуже становится!

— Это не так! — рявкает на меня. — Посмотри мне в глаза! ЭТО НЕ ТАК!

— Да?! Правда?! Ладно.... Пошли за мной! — обхожу его и вылетаю из комнаты.

Мирон следует за мной, пока я держу путь в его кабинет, в который заношусь как к себе и сразу к сейфу, который открывается прежним кодом. Начинаю в нем рыться.

— Так…

— Что ты там ищешь?

Не нахожу ничего кроме бумаг, пистолета и денег. Захлопываю.

— Ладно! Теперь стол… — начинаю в нем рыться и первый же ящик не поддается. — Опа, закрыто! И почему это, интересно… — тяну иронично. — Все же ценное можно было и в сейф сложить. Значит, у этих вещей другая ценность! Дай мне ключ! Дай мне ключ, Мирон, иначе я и не подумаю, чтобы поверить тебе!

Муж стоит передо мной, как школьник, который прячет от матери дневник с плохими оценками. Взгляд именно такой. Чертовски виноватый!