Дмитрий не любил Трифона, но не вымещал свой гнев на Фаине. Ведь она была не виновата. Он спокойно произнёс:

– Идите есть.

– Папа, спасибо. – Маша заулыбалась. Она взяла Фаину за руку. – Тетя, быстрее.

– Снежок. – предупредила Фаина девочку. – Да, мы ещё его не покормили.

– Пойду насыплю ему корма.

Снежок, будто понимал, что ему собираются дать поесть. Он бегал за ними, виляя хвостиком. Маша достала из шкафа корм.

И с помощью Фаины насыпала его в миску. Затем снова пошла помыть руки и отправилась за стол. К этому времени Екатерина Алексеевна уже подала все блюда. Дмитрий вошёл на кухню. Екатерина Алексеевна накладывалась еду в тарелки, чтобы отнести Кире. Увидев, что он зашёл, она спросила:

– Вы что-то хотели?

– Надо оставить Светлане поесть? – он переживал, что жене ничего не останется, когда она проснётся.

– Не волнуйся, в кастрюле остался бульон и пельмени.

– Хорошо. Через два дня приедет новая гувернантка, тебе будет легче.

Екатерина Алексеевна улыбнулась:

– Я бы хотела, чтобы всегда было так людно. В последнее время было слишком пусто. В этот раз Света больше не уедет?

– Не уедет. – он развернулся и ушёл.

Екатерина Алексеевна наложила еды и понесла Кире.

А сидящая за столом Фаина ещё не преступила к еде. Она уже проголодалась, но не могла есть, потому что за столом было лишь двое детей, а она была всего лишь гостьей. Паша наложил ей еды в тарелку и сказал:

– Тетя Фаина, ешьте, Екатерина Алексеевна очень вкусно готовит.

Только тогда, когда Дмитрий приступил к еде, она начала есть.

После Маша потащила Фаину за собой в комнату. Она ещё хотела с ней поиграть. Но у девушки зазвонил телефон, это был Трифон, он сказал, что заберёт ее.

– Мне пора домой. Я в следующий раз поиграю с тобой. – Фаине очень нравилась Маша, и Снежок был очень милым.

Маше было скучно сидеть дома, она не хотела, чтобы Фаина уходила. Девочка потянула Фаину за руку:

– Ты ещё придёшь ко мне?

– Приду.

– Я тебя провожу.

Маша уже считала Фаину своей подругой.

Дмитрий совсем не хотел видеться с Трифоном. Но он не мог позволить дочери одной выйти, поэтому пошёл за ней. Фаина вместе с маленькой Машей вышли из особняка. Трифон уже вышел из машины, он ждал около ворот. На заборе светили фонари, было так светло, будто наступил день. Увидев, как они вышли, Трифон улыбнулся и сказал:

– Спасибо за прием, Дмитрий Ильич.

Дмитрий не обратил внимания, как Трифон протянул руки к Фаине.

– Маша, вернемся. — повернулся к дочери Дмитрий.

Трифон не сдавался, он продолжил говорить:

– Вы боитесь, что я заговорю со Светой? Специально не разрешаешь ей выходить?

– Ей плохо, она даже не ужинала. – Не успел Трифон договорить, как Фаина перебила его. Она отпустила руку Машы и подошла к нему.

Услышав, что Светлане плохо, Трифон нахмурился. Он спросил:

– Что с ней?

Фаина взялась за его коляску и отрицательно покачала головой:

– Я тоже не знаю.

Дмитрий взял дочь за руку и пошёл в особняк. Она повернулась и помахала ручкой Фаине:

– До свидания, тетя, в следующий раз приходи поиграть со мной.

Фаина тоже помахала ей в ответ.

Трифон посмотрел на удаляющийся силуэт Дмитрия и, переживая за Светлану, спросил:

– А почему ей плохо?

Дмитрий замер, через несколько секунд развернулся:

– Кто сказал тебе, что ей плохо?

– Тогда почему она не ела? – Трифон посмотрел на Фаину, а затем убрал свой взгляд.

– Она просто устала. Мне нужно сказать тебе почему?

Трифон был женат, и физически он был обычным мужчиной. Он посмотрел на Дмитрия, прищурившись, будто понимая о чем тот говорил. Он лишь спокойно сказал:

– Фаина, пойдём.

Она послушно покатила его коляску к машине, припаркованной на дороге.

Трифон понимал, что он не должен так себя вести, понимал, что ничего не возможно, что Светлана уже замужем, но он все же не мог контролировать своё сердце. Ему хотелось приблизиться к ней, увидеть ее. Он и сам себя за это ненавидел.

– Фаина, давай пройдёмся, хорошо?

Он не хотел встречаться с тещей и тестем, ему нужно было остыть. Фаина согласилась. Она катила коляску вдоль дороги, а Алексей медленно ехал вслед за ними.

– Ты не в духе?

Пусть Фаина была далеко не умной, она могла почувствовать, что Трифон был в плохом настроении.

Он бесцельно смотрел в даль.

– Фаина, ты любишь меня?