А Лилия Антоновна свела все это к Дмитрию, если бы он не захромал и не обманул бы ее, то она бы не заставила Макара привезти из-за границы Светлану. Если бы он не притворился, Светлана не вышла бы за него, не было бы никаких последствий, она бы не боялась, что Светлана сведёт с ней счёты. Лилия Анотоновна бы не безумно хотела заполучить Дмитрия ради своей дочери

Она бы не осталась ни с чем, ее бы не выгнали из дома.

Лилия Антоновна во всем винила Дмитрия. Если бы он не обманывал, то все не будет так, как сейчас.

От этих мыслей на душе у Светланы стало смешно, но она не могла засмеяться. Этот человек, как и раньше, оставался таким же безжалостным. Сначала это были она с мамой, а сейчас Лилия Антоновна.

— Света, я сожалею, правда, я не должен был бросать вас с мамой. — глаза у Макара покраснели, он чуть не заплакал. — Тогда Лилия носила моего ребенка, это мог быть сын, я не мог не воспользоваться этим моментом. Знаешь, тебе тогда было уже десять лет, а твоя мама все никак не могла забеременеть. А мне нужен сын, компании нужен наследник!

— Хватит! — Светлана не могла больше это слушать.

Сын? Наследник?

Она свирепо вонзила ногти в ладонь. Свету пробила дрожь по всему телу. Стоявший рядом Дмитрий заметил ее взволнованный вид, обхватил ее руки, крепко сжав в своих ладонях. Они были крепкими и большими, от них исходило тепло, что необъяснимо успокаивало. Так Светлана постепенно начала успокаиваться.

— Иди.

— Света!

— Хватит говорить. Если ты ещё что-то скажешь, то я даже думать не стану! — прорычала она.

Ей было тяжело сдерживать свои эмоции. Только она начинала говорить, как сразу же злилась.

Однако Макар Иванович сделал так, что она не могла не злиться.

— Остынь. — Дмитрий взял ее за плечо.

Макар Иванович раскрыл рот и хотел было ещё что-то сказать, но Дмитрий его перебил:

— Если хочешь получить помощь, то убирайся сейчас же!

Макар Иванович не стал сопротивляться и оставаться. Вскоре в гостиной стало тихо. Екатерина Алексеевна не осмелилась проронить ни слова. Она думала, что Макар Иванович пришел навестить свою кровную дочь, родственную душу, она никогда не думала, что между ними такая ненависть. У неё болела душа за Свету. Так всегда, с разводе родителей больше всего страдает ребёнок.

Светлана вытерла слёзы со своего лица:

— Выставила себя посмешищем.

Она опустила голову, а ее волосы закрыли половину лица. Дмитрий сжал губы, он не стал ничего говорить, чтобы ее успокоить. В некоторые моменты можно успокоиться именно без слов других людей, особенно в такой ситуации. Даже если бы она ещё сильнее ненавидела Макара, ей бы было тяжело после того, как она увидела его в таком жалком виде.

— Хочешь что-нибудь перекусить? Я пойду приготовлю? — перевела Екатерина Алексеевна тему, пытаясь смягчить обстановку.

Светлана поддалась ее настроению и сказала:

— Я хочу что-нибудь сладкое.

После того, как Светлана забеременела, ей перестало нравиться кислое, острое, и, наоборот, начало нравиться все сладкое.

— Хорошо, я как раз купила сегодня свежих ребрышек, могу приготовить рёбрышки в сладком соусе по-азиатски. — она развернулась и отправилась на кухню, а когда подошла к двери, обернулась, взглянула на сидящую на диване пару и улыбнулась.

Когда Екатерина Алексеевна ушла, гостиная на какое-то мгновение погрузилась в тишину.

— Это ты сделал? — вдруг спросила Светлана.

— Что?

Она повернула голову и посмотрела Дмитрию в прямо глаза. Говорят же, что бизнесмены все нечисты, неужели он тоже был одним из таких? Готов был пойти на все ради достижения своих целей? Даже погубить чужие жизни?

— Что ты имеешь в виду? — у него были чёрные глаза, он считал себя невозмутимым, но голос его выдавал. — Думаешь, это дело имеет отношение ко мне?

Она молчала пару секунд:

— Неужели, нет?

Затем Дмитрий схватил Свету за подбородок:

— Да за кого ты меня принимаешь?

Он, определенно, совершал кое-какие поступки, чтобы разорить компанию «Лука», избавиться от неё. «Лука» и так была настолько неустойчива, что стоило только слегка подуть на неё, как она бы обрушилась с грохотом. Зачем ему нужно было прилагать лишние усилия, и приплетать человеческие жизни?

А Светлана думала, что это сделал он. Она уже два раза ставила его под сомнение. Первый раз, это когда он был дома у ее родителей, она подумала, что он, и правда, что-то сделал с ее сводной сестрой. А в этот раз она заподозрила его в этом, потому что думала, что он хотел достичь своих целей. За кого она его принимала?

Когда Светлана увидела взгляд Дмитрия, который был почти в бешенстве, она начала думать, что, возможно, ошиблась.

— Извини, я не специально.

Дмитрий тяжело и грубо дышал, не расслабляя руку, которой держал ее подбородок. Он просто расстроился из-за того, что она сомневалась в нем.