— Максимова Кира, согласны ли Вы взять Романенко Станислаа в законные мужья, чтобы быть с ним в горе и радости, богатстве и бедности, болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?

Все гости перевели взгляд на невесту в ожидании ее ответа. Никто не знал, согласится ли она.

Светлана тоже очень переживала за решение подруги. Из-за напряжения она сильно сжала руки в кулаки, а Дмитрий, заметив это, положил ее руки в свои и слегка надавил на них. Он даже не смотрел на то, что происходило на трибуне. Больше всего Дмитрия интересовала Светлана.

Стас также напрягся, боясь, что Кира пойдет на попятную.

Время как будто остановилось.

Взволнованная бабушка помахала Кире, чтобы она поторопилась с ответом.

В тот момент, когда Стас волновался больше всего, Кира повернулась и посмотрела на него. Взгляды их встретились, и, глядя в спокойные глаза своей будущей жены, мужчина потихоньку начал успокаиваться.

Он взял ее за руку и со всей серьезностью произнес:

— Я никогда в жизни не обижу тебя.

В ответ Кира улыбнулась ему.

— Согласна, — сказала она со слезами на глазах.

Ведущий поднес микрофон к лицу.

— С этого момента я объявляю вас мужем и женой! Помните, ваш дом – это ваша крепость, а ваша семья – это фундамент, на котором будет держаться эта крепость, и пока вы будете вместе, и будете любить друг друга, вашей крепости будут не страшны любые бури и испытания. Любите, берегите и уважайте друг друга!

Бабушка начала хлопать, и под эти монотонные хлопки с потолка посыпались разноцветные конфетти, напоминающие радугу после дождя.

Выглядело все очень романтично.

— Жених может поцеловать невесту.

— Горько! Горько...!

Стас поднял фату, закрывающую лицо Киры, и сразу же поцеловал ее. Ошарашенная невеста удивленно посмотрела на своего жениха.

— Как неловко, — Маша закрыла лицо руками, оставив себе маленький промежуток, чтобы втайне подсматривать за молодоженами. Заметив это, Дмитрий плотно закрыл ее щелочку своими руками.

Когда наступила темнота, Маша подняла голову и посмотрела на отца.

— Папа, почему ты закрыл мне глаза? Мне нельзя смотреть на то, как тетя Кира и дядя Стас целуются?

Дмитрий приобнял свою дочь.

— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Поняла?

Маша непонимающе заморгала глазами

— Нет. Что это значит?

— Это значит, что не стоит смотреть на то, на что не следует, — спокойно ответил Паша.

— Мама должна отвести тебя в школу, потому что ты до сих пор ничего не понимаешь, — смотря на свою глупенькую сестру, Паша покачал головой.

Он сказал это не просто так: им обоим было по пять лет, однако Паша решил пойти в университет А.С., тем временем как Маша осталась дома. Дети в их возрасте должны идти в детский сад.

Дмитрий подумал, что в следующем году следует найти для детей садик, где можно будет испытать радость от учебы. Он хотел, чтобы они узнали каково это — общаться с другими людьми.

Не то чтобы Светлана не задумывалась об этом, но она точно не беспокоилась о Паше, так как он уже выучил все то, что могли дать ему в детском саду. Когда они жили в Греции, она попыталась отдать его в один из садов, однако он не захотел, посчитав это слишком несерьезным для себя.

Впоследствии она увидела, насколько ее сын одарен в области математики, и отправила его сдавать вступительный экзамен в университет А.С.. К всеобщему удивлению, Паша успешно прошел вступительные испытания, став самым младшим учеником в данном учебном заведении.

А что до Маши, то Светлана не предъявляла к ней каких-то особенных требований. Маша родилась очень худой и слабой, и ей хотелось, чтобы у дочери было беспечное детство. Светлана хотела лишь, чтобы Маша выросла здоровой девочкой. Причем, она старается поддерживать стремление дочери к получению новых знаний.

— Паша, пойдем разыграем молодоженов. Хочешь ли новобрачные конфет, спроси у невесты. — к ним подошел Итон.

Сегодня он также приоделся: вместо обычной формы или простой одежды на мужчине был классический костюм, который только подчеркивал его достоинства.

Услышав про конфеты, Маша оживилась:

— Дядя Итон, я тоже хочу.

— Хорошо, — он взял Машу на руки. — Я отведу их наверх.

— Будь сдержаннее и не говори детям того, что им слышать не стоит, — попросил его Дмитрий.

Итон кивнул и увел детей.